Хроноагент. Гексалогия

нельзя. Время знает, что подумают твои родные. В вашем распоряжении на всё, про всё, полтора часа. Учтите, что дорога к переходу не близкая и двигаться придётся на лыжах, но без лыжни.
Встаю и иду готовиться к походу. Проверяю фонари, без них по ночному лесу не пройдёшь. Хотя у меня же есть прибор ночного видения! Нет, лучше с фонарями. Так женщинам будет спокойней. Осматриваю лыжи. Для женщин я разработал и изготовил специальные крепления под их зимние сапожки. Достаю из кладовки комбинезоны: мой и Ленин. На всякий случай заряжаю автомат. Хоть я и блефовал, пугая Кору хищниками, чем Схлопка не шутит.
Когда до назначенного срока остаётся чуть больше часа, подхожу к Синтезатору и творю бутылку вина. Одеваюсь в мелтан, комбинезон, ботинки и с бутылкой вина и бокалами подхожу к женщинам. Наташа уже не плачет, успокоилась. Она немного угрюмая, но не взвинченная. А на Лену просто жалко смотреть. Впечатление такое, что, успокоив Наташу, она взяла на себя все её эмоции. Вотвот разревётся.
– Ну, девоньки, собирайтесь в дорогу, да выпьем на посошок. Всё готово, и время приспело.
Наташа молча уходит в свою комнату, а Лена идёт в прихожую. Через пару минут Лена возвращается. Она в брюках, заправленных в голубые замшевые сапожки, и в белой, затейливо отделанной мехом, кожаной куртке с капюшоном.
– А почему комбез не надела? – интересуюсь я.
– Не хочу. Пусть Наташа последний раз увидит меня как женщину, а не как солдата.
Из своей комнаты выходит Наташа. Она в голубом платье, колготках и красных туфельках.
– Иди, переобуйся, – предлагаю я, – Ты что, собираешься в этих туфельках на лыжи встать или по сугробам шагать?
Наташа улыбается, машет рукой и уходит в прихожую. Возвращается она в красных замшевых сапожках, отделанных под коленями мехом. Я откупориваю бутылку и разливаю вино по бокалам.
– Ну, Наташа, за тебя! Ты, наконец, возвращаешься домой. Дай Время тебе счастья, удачи во всём и, самое главное, больше в такие переделки не попадать. Счастливого тебе пути!
Мы встаём, и Наташа, заметив, что в бутылке ещё осталось вино, просит:
– Андрей, разлей до конца.
Она берёт свой бокал и грустно смотрит на нас.
– Я хочу выпить за вас. Таких друзей у меня больше никогда не будет. Как жаль, что мы расстаёмся с вами навсегда…
– Кто знает, Наташа, – прерывает её Лена, – Как только мы доберёмся до своих; первое, что я сделаю, это свяжусь с тобой. Предупреждаю, не пугайся, мой голос зазвучит в тебе как бы ниоткуда.
– Вот за это я и хочу выпить. Пусть Время будет к вам благосклонно, и пусть скорее вы отсюда вырветесь. И не просто так, куданибудь, а к себе, к своим товарищам. За вас; пусть сопутствует и вам счастье и удача!
Когда мы допиваем вино, Наташа тяжело вздыхает:
– Должна же быть какаято высшая справедливость! Почему мне: глупой, никчемной девчонке, судьба улыбнулась? Почему двум отличным, очень нужным для общества людям, так не везёт!
– Повезёт, Наташа, – успокаиваю я её, – Судьба, она настойчивых любит.
Лена, повинуясь какомуто безотчетному порыву, вдруг снимает с руки свой искатель и отдаёт его Наташе:
– Возьми. Будешь вспоминать меня, глядя на него.
– А ты? Как же ты без него?
– У Андрея есть. А я с ним больше расставаться не намерена.
Я неодобрительно качаю головой. Время знает, как ещё всё может сложиться. Но дарёного назад не отбирают, тем более, дарёного от чистого сердца. Я встаю:
– Пора.
Женщины вздыхают и тоже встают. Наташа последний раз обводит взглядом наше жилище, и на глазах её вновь наворачиваются слёзы.
– Нетнет, Наташенька, – поспешно успокаивает её Лена, – Вот этого не надо! Андрей правильно сказал: не годится являться домой зарёванной.
Я прокладываю лыжню. На груди у меня висит фонарь, за спиной – автомат. За мной идёт Наташа. Замыкает Лена. Она за пазухой несёт Наташины туфельки. На место мы прибываем за десять минут до открытия перехода. Утаптываем площадку. Я не перестаю следить за таймером. Не дай Время, прозеваем! Переход будет открыт ровно одну минуту. Наташа снимает сапожки и обувается в туфельки. Она хочет снять и куртку, но я останавливаю её:
– Ты её только расстегни. Сбросишь в последний момент. Сейчас всётаки, не лето.
Времени остаётся всё меньше, я смотрю на таймер:
– Две минуты! Приготовиться!
Наташа порывисто шагает ко мне и горячо целует меня. Чувствую, как по её щеке катится слезинка.
– Не надо плакать, маленькая. Прощай, Наташа!
– Нет, Андрей! До свидания! – отвечает девушка и отходит к Лене.
Женщины обнимаются. Вдруг Наташа снимает с левой руки свой браслет и протягивает его Лене.
– Возьми! Будешь меня вспоминать.
У неё на левой руке