После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
применить ядерное оружие над своей населённой территорией. Да даже если бы и решились, толку будет мало. Корабль разделится, и его меньшая часть уже не отвернёт от Советского побережья.
Что же представляет собой этот пришелец? Я внимательно просмотрел ту информацию, которую на этот счет выдал мне отдел наблюдений. Судя по всему, корабль непилотируемый. Это – автоматразведчик. Он просто фотографировал наземные объекты, которые его интересовали. Откуда этим роботам было знать, что их «освещение» объекта съёмки уничтожает сам этот объект. Они попросту не оглядывались назад, что непременно сделал бы разумный экипаж. Это было самое логичное объяснение. Трудно представить разумный, пусть даже враждебный Земле, экипаж корабля, который, вторгнувшись в чужое пространство, будет вместо изучения неизвестной цивилизации так прямо, с ходу, без разбору, уничтожать её. Другое дело тот корабль, который отделился во время ядерной атаки. Это, повидимому, был уже боевой корабль. И его задача была отомстить тем, кто уничтожил корабльматку. Мы бы поступили точно так же.
Поднять сразу два бомбардировщика? Один атакует сам корабль, а другой – отделившуюся часть. Ничего не выйдет. Скорость отделившейся части в момент разделения составляет около 2М. Ту4 его просто не догонит.
Где выход? Я внимательно изучаю характеристики B36D. Несуразная, десятимоторная махина, дикий гибрид, родившийся на стыке эпох винтомоторной и реактивной авиаций, тем не менее, могла выполнить эту задачу немного успешней, чем Ту4. Обладая большим потолком и скоростью, эта машина могла уйти от эпицентра почти на девять километров. Это уже существенно! И поднять их можно в воздух сразу два. Плевать на разницу в скорости! Они пойдут навстречу кораблю, а не будут гнаться за ним. Но как поднять их в воздух? Надо какимто образом убедить Гарольда Лэш в том, что инопланетный агрессор, это – не советская провокация.
Весь вечер и часть ночи я провёл в этих размышлениях. Прикидывал различные варианты, моделировал различные походы, но решения не было. Утро вечера мудренее, решил я и отложил задачу на другой день. По своему опыту я знал, что утром, когда проснусь, все негодные варианты отсеются, останутся только те, над которыми стоит работать.
В.С.Высоцкий
Хорошо, что у леших светятся глаза. Можно спокойно посидеть и отдохнуть, не опасаясь быть съеденным. Пятнадцатикилометровый маршбросок по сильно пересеченной местности, это не шутка. Кого угодно вымотает. Хорошо бы ещё просто бежать, а то приходилось отстреливаться от преследователей, да ещё по сторонам и вперёд посматривать. Неровен час, нарвёшься на банду леших.
А интересно, насколько я был вынужден отклониться. Стрелка компаса тускло светилась в чернильном мраке, вокруг неё слабо мерцали точки шкалы. Ого! Неужели эти любители человечины так далеко загнали меня вправо? Если последний час я бежал в этом направлении, то сейчас я могу очень свободно промазать и проскочить мимо города, не заметив его. Радиомаяк начнёт работать через… через семнадцать минут. Потом ещё через полчаса. Вполне достаточно, чтобы взять нужное направление. А пока отдохнём.
И как случилось, что я нарвался на них там, где их не должно было быть? Или я с самого начала уклонился вправо, или они, погнавшись за тем курьером, что ушел передо мной, вышли на мой маршрут. А могло быть и то, и другое вместе. Надо бы проверить оружие.
Индикатор на лайтинге показывал, что уже израсходована половина ёмкости батареи. Это в самомто начале пути! Ну, здесь всё ясно. Слишком много пришлось работать непрерывным излучением, когда я нарвался на банду, преграждавшую мне путь. Пришлось буквально прорезать дорогу в толпе нападающих. Если так пойдёт и дальше, то к городу мне придётся пробиваться голыми руками. На автомат надежды мало. Лешие дьявольски живучи. Пробоины в лёгких, в животе, оторванные и перебитые руки и ноги им ни по чём. Только мозг, сердце и позвоночник. Двух магазинов по шестьдесят патронов может и не хватить. Особенно, если они полезут толпой.
Пи! Пи! Пиииип! Сигнал маяка! Быстро засечь азимут. Теперь бежать, бежать как можно быстрее, чтобы за полчаса уйти как можно дальше. Чем больше расстояние между двумя засечками, тем точнее направление.
Бежать было нелегко. На пути всё время попадались какието развалины, канавы. Всё же я здорово уклонился от маршрута. Всего этого добра мне не должно было попадаться. Ведь маршруты разрабатывались в обход всяких развалин и поселений. В этих местах легко можно
