Хроноагент. Гексалогия

Хорошо, что ты у меня такой крутой. Другие граждане либо чехлятся, либо попадают к нам.
– Фи, Ниночка! Что за жаргон? Запомни, крутыми бывают только яйца трёхчасовой варки. А люди делятся на тех, кто за себя постоять может, и тех, кто не может.
– Ты прав, извини. Кстати, о жаргоне. Ты верно подметил насчет мата. Это какаято болезнь. Вечером привезли молодую девушку, попала под машину. Когда ей давали наркоз, она материлась так, что мне хотелось уши заткнуть. Я ещё вспомнила, как она была одета, когда её привези, и решила, что это – уличная шлюха. Но потом встретилась с её родителями. Мать – главврач одной из больниц, отец – преподаватель в университете. А девушка – студентка предпоследнего курса юридического факультета. Что с ней будет, если она не избавится от этой привычки? Ты можешь представить её речь в зале суда?
Мы рассмеялись, и я посмотрел на часы. Пора было выходить. Я собрался и поцеловал Нину на прощание.
– Вернусь утром.
– Будь осторожен, Боренька. До свидания!
После инструктажа я рассказал Пелудю об Алексее. Майор оживился:
– Жив курилка! Конечно, мы возьмём его к себе. Кадр ценный, а в ОМОНе он только озвереет.
В восемнадцать часов к нам зашла Лидочка.
– Ребята, Николай Петрович едет сегодня к Золотареву. Вы в курсе?
– Конечно.
– Тогда, по машинам! Он сейчас выйдет.
Через пять минут мы выехали по хорошо известному нам адресу. Проверив подъезд и проводив Бакаева до квартиры, мы вернулись в машины и настроились ждать. В девятнадцать пятнадцать я проверил пистолет и присоединил глушитель.
– Обойду вокруг дома, заодно сигарет куплю.
– Валяй, – ответил старший наряда.
Едва я обошел дом и свернул в переулок, как из подъезда черного хода вышли двое. Это были Бакаев и Светлана. Девушка была в кожаном, отделанном белым мехом, пальто нежносиреневого цвета в высоких светлосерых ботинках. Бакаев взял спутницу под руку, и они направились к магазину. Я шел в пятидесяти метрах сзади. Когда они вошли в магазин, я сразу прошел в вестибюль станции метро. Чеснокова там не было. Я подошел к киоску и стал изучать ассортимент табачных изделий. Через пять минут появились Бакаев и Светлана Золотарева. Я проследовал за ними и вошел в тот же вагон, только в другую дверь. Чеснокова там тоже не было видно.
На следующей станции мы вышли. Я шёл на десять метров сзади, внимательно присматриваясь к окружающим. Но Чесноков не появлялся. Я не стал проходить в торговый зал универсама, а остановился возле касс и полчаса наблюдал, как Бакаев со Светланой выбирают товары. Когда они направились в кафе, я занял позицию в пивном баре напротив. Оттуда хорошо просматривался зал кафе. Светлана сняла пальто и белые перчатки, и устроилась с Бакаевым за столиком у окна.
Девушка лакомилась мороженым и запивала его кофе, а Бакаев потягивал вино из высокого бокала и чтото рассказывал. Видимо, чтото интересное и смешное. Светлана слушала очень внимательно и иногда смеялась. Через полчаса Бакаев расплатился по счету, и они стали собираться. Он помог Светлане надеть пальто, девушка натянула перчатки и накинула капюшон (на улице, пока они сидели, пошёл снег). Я снова занял позицию в вестибюле станции и вошел в тот же вагон.
И тут я увидел Чеснокова. Бакаев со Светланой стояли у самой двери, готовясь выйти на следующей станции. А Чесноков прислонился спиной к противоположной двери и с равнодушным видом рассматривал рекламное объявление над входом в вагон. Я подошёл поближе и сделал вид, что изучаю схему линий метро, а сам внимательно наблюдал за Чесноковым. При этом я ухватил рукоятку пистолета и снял предохранитель. Патрон я дослал ещё в переулке.
Поезд остановился, двери открылись, и мы вышли на перрон. Я занял позицию сзади Чеснокова, который, обгоняя других людей, приближался к Бакаеву. Прозвучало объявление: «Осторожно! Двери закрываются!» В этот момент перрон наполнился грохотом, подходил встречный поезд. Я уловил движение правого локтя Чеснокова и тут же выстрелил ему в левую лопатку. Тот свалился, не издав ни звука.
– Что такое? Что с человеком? – послышались голоса, – Скорую надо вызвать! Человеку плохо!
Бакаев со Светланой остановились.
– Что случилось?
– Наверное, сердечный приступ. Надо вызвать Скорую, – ответил я.
Светлана присела возле Чеснокова, сняла перчатку и стала нащупывать пульс. Её лицо приняло озабоченное выражение.
– Помоему, Скорая ему уже не нужна.
К нам подбежали дежурная по станции и милиционер.
– В чем дело?
– Видимо, сердечный приступ, – ответила Светлана, – Он уже мёртв.
– Так, – констатировал сержант, – Кто видел, как это случилось?
Он присел возле трупа и расстегнул на нём куртку,