После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
бы лучше всего, – мысленно ответил я Магистру, а вслух сказал, – Думаю, что в наших штабах это вариант не упустят. А нам пока следует сосредоточиться на агентах «Омеги». Слава Времени, я теперь знаю, кто они. Думаю, что для вас это тоже не тайна.
– Я предлагаю бойню зря не затевать, а ограничиться наблюдением за ними и оружие применять только в случае излишней активности с их стороны, – сказала Кора.
– Полностью с вами согласен. Для начала вас надо познакомить с Анитой. Дело в том, что эта девушка стреляет без промаха и всегда неожиданно.
– Как и вы, – ядовито вставила Анна.
– Да, как и я. И ещё, мне кажется, что гардероб Коры слишком ярок и будет привлекать излишнее внимание. У вас не найдётся во что её переодеть?
– Найдётся. К слову сказать, ваша Анита одета, пусть не так ярко, но не менее вызывающе.
– Но онато здесь уже примелькалась. А вот появление никому не известной женщины, да ещё так ярко одетой, может вызвать нежелательное любопытство.
– Матвей прав. Я слишком торопилась и не продумала, как следует, свой гардероб. Пойдём, Лерма, поможешь мне одеться поскромнее. А Матвей предупредит о нашем появлении Аниту и Суареша.
Чрез полчаса мы собрались в каюте Аниты. Капрал «Омеги» с любопытством изучала своих новых союзников, вернее, союзниц. Хотя Анна и постаралась одеть Кору как можно скромнее, но куда денешь великолепные фигуру и ножки, аристократическое лицо и выразительный взгляд? На Коре был свободный свитер бордового цвета, тёмносиняя юбочка из бархатистой ткани и прозрачные, бежевого тона, чулки. От прежнего гардероба Коры остались только туфельки. Анна не нашла у себя обуви подходящего размера. Но и в этом «ускромнённом» одеянии Кора сразу привлекала взгляды и будила воображение. Это я сразу заметил по Суарешу. Он буквально пожирал Кору жадными глазами, раздевал её, оценивал и так далее. Я был вынужден шепнуть ему:
– Осторожно, полковник. Эта женщина очень опасна. В «Омеге» её использовали для самых щекотливых поручений. И они, как правило, кончались гибелью её подопечного. Пока она подчиняется мне, но один Бускерос знает, какие она имеет тайные инструкции на ваш счёт.
Не знаю, насколько Суареш мне поверил, но к выражению восхищения и вожделения на его лице добавилась настороженность.
Мы решили больше не держать его взаперти, а выпустить в качестве приманки для агентов «Омеги». Сами мы договорились дежурить возле него по двое, и меняться время от времени.
День прошел спокойно, но вечером, когда Суареш возвращался в свою каюту, две группы «омеговцев» попытались его перехватить. В короткой перестрелке Кора и Анна уложили пятерых. Но не обошлось без потерь и с нашей стороны. Вновь не повезло Клару. Он присоединился к нам всего два часа назад, внедрившись в эмигранта. В этой перестрелке он умудрился получить пулю в правое плечо. Пользы нам от раненного не было никакой, и Старый Волк «отозвал» его. «Носителя» мы, чтобы не возиться с ним, отправили в пароходный лазарет.
Ночью, когда в каюте Суареша дежурили мы с Анитой, два агента попробовали проникнуть через иллюминатор. К сожалению, мне в этом эпизоде похвастаться было нечем. Я просто всё прошляпил и даже обалдел от неожиданности, когда безмятежно сидевшая в кресле Анита вдруг вскинула свой револьвер и выстрелила в раскрывшийся иллюминатор. Один «омеговец» свалился за борт, а второй не стал дожидаться пули и поспешно ретировался.
Утром я ожидал, что на горизонте вотвот появится грозный силуэт советского линкора. Но время шло, а его всё не было. Море вокруг «Генерала Гранта» оставалось пустынным. Только стая дельфинов плескалась неподалёку.
После завтрака Анна и Анита, дежурившие у Суареша в утренние часы, отправились отдохнуть. Я с Суарешем и Корой пошёл в бар. Мы с полковником заказали коктейли, а Кора – три порции мороженого разных сортов. Она затейливо разложила его слоями, в результате получился причудливый десерт, которым она начала лакомиться с плохо скрываемым наслаждением.
Я начал пространно излагать Суарешу и Коре, что водяные блохи, дафнии, и рачки, циклопы, – идеальный живой корм для аквариумных рыбок всех пород. А поскольку, развести и содержать их весьма просто в любом стоячем водоёме, это представляет неплохой бизнес и может принести немалый доход. Суареша дафнии и циклопы интересовали ещё меньше чем аквариумные рыбки. Он откровенно скучал и с интересом поглядывал на Кору, пытаясь представить, какова она будет в постели. Бедняга! Его воображения вряд ли хватало даже на десятую часть того, на что была способна Кора в этом плане.
А Кора слушала меня с глубочайшей заинтересованностью и задавала немало вопросов по существу. При этом она не забывала лакомиться своим мороженым
