После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
привести в действие первый пункт нашего совместного плана, когда вечером в ресторане к нашему столу подошел неприметный мужчина и спросил:
– Кто из вас мистер Суареш?
Суареш назвал себя, и человек подал ему конверт со словами:
– Это – известие, которое вы ждёте.
Суареш вскрыл конверт и быстро прочел письмо.
– Фарбер ждёт меня в СентЛуисе. Надо подумать, как мы будем туда добираться.
Мы с Корой переглянулись. Она уже купила у агента по продаже подержанных автомобилей два приличных Форда. Но в СентЛуис мы ехать не собирались. Нам нужно было в НьюЙорк, где в то время был единственный на восточном побережье международный аэропорт. И путешествовать дальше в компании Суареша в наши планы не входило. А незнакомец вдруг сказал:
– Это, мистер Суареш, не проблема. Мистер Фарбер поручил нам доставить вас на место. Мы выезжаем завтра утром.
– Но я – не один. Со мной эти господа.
– В инструкциях, которые я получил, о них ничего не сказано, я должен доставить вас одного. Будьте готовы, утром мы за вами зайдём.
Он вышел из ресторана, а Анна, повинуясь взмаху ресниц Коры, незаметно последовала за ним.
– Что вы предпримите? – спросил нас Суареш.
– Пусть вас это не волнует, – ответила Кора и улыбнулась очаровательной улыбкой, – Подумаем лучше, как мы проведём эту ночь. Сеньор Суареш, я заметила, что на пароходе вы сильно интересовались мною. К сожалению, я не ответила вам взаимностью, в чем искренне раскаиваюсь. Как вы смотрите на возможность провести эту ночь со мной в моём номере?
Суареш обалдел от такого откровенного приглашения, и в нём от неожиданной радости не проснулось ни малейшего подозрения. Он только кивнул и уже не думал ни о чем другом, кроме этой восхитительной перспективы. В это время вернулась Анна, и мы от неё узнали всё об агентах Фарбера. Это были самые обыкновенные гангстеры. Их было семь человек, занимали они четыре номера в этом же отеле, на стоянке их ждали два автомобиля.
Мы закончили ужин. Причем, Суареш уже ничего не ел. Он прямотаки пританцовывал, так ему не терпелось раздеть Кору и заключить её в свои объятия. Из зала ресторана в номер Коры он не шел, а буквально летел.
Через полтора часа Кора пришла в номер, который занимали мы с Анитой.
– Вот микроплёнка, – сказала она, положив на стол драгоценный рулончик.
– А что с Суарешем? – спросил я.
– Спит сном праведника и проспит до утра. Он ничего не заметил. Коронку я поставила на место. Пусть завтра он спокойно едет в СентЛуис. Только нам надо будет сопровождать его, по крайней мере, до Джексонвилла, а то он заподозрит неладное. Ты можешь сейчас связаться со своим знакомым во Франции.
Я глянул на часы.
– Кора! В Париже сейчас пятый час утра. Часа через четыре я попробую. А пока, давайте, отдохнём. Завтра нам предстоит дальняя дорога и тяжелый день.
Под утро я связался с Парижем и договорился о встрече с одним из директоров Французской энергетической компании, с которым у Солано были дела, как у страхового агента. После этого я пошёл готовить машины в дорогу. В семь утра из отеля вышли агенты Фарбера с Суарешем. Полковник беспокойно озирался. Ему не нравилось наше отсутствие. Когда компания проходила мимо нас, Анита опустила стекло и помахала ему рукой в коричневой перчатке. Мол, всё в порядке, мы рядом. Суареш успокоился и сел в один из двух черных Крайслеров.
Выждав пару минут после их отъезда, мы тронулись следом. Впереди ехали мы с Анитой, сзади – Кора с Анной. Но такой эскорт агентам Фарбера пришёлся не по душе. Через тридцать миль они остановились. Мы проехали мимо и через пять миль тоже остановились. Когда Крайслеры проехали мимо нас, мы тронулись следом за ними. Через десять миль Крайслеры вновь остановились. На этот раз агенты вышли на дорогу и преградили нам путь. Я остановился.
– В чем дело, господа?
– Слушай, испанец! Тебе говорили, что в СентЛуисе тебя не ждут? Так какого чёрта ты тащишься за нами?
– Господа, в СентЛуис едете вы, а мы едем в Филадельфию. Но так уж получилось, что до Джексонвилла здесь только одно шоссе. Поэтому вам волейневолей придётся пока терпеть наше присутствие.
– Черт с вами! Но не дай Бог, если в Джексонвилле вы повернёте на запад!
Дверцы Крайслеров захлопнулись, и машины тронулись дальше. До Джексонвилла мы играли у этой компании на нервах. То я, то Кора вырывались вперёд, и мы держали агентов с Суарешем как бы в «клещах». Наверное, им это не очень нравилось, потому что в таких случаях они прибавляли газу и уходили вперёд. Но в дальнейшем им всё равно приходилось снижать скорость, и всё повторялось. Так мы развлекались до Джексонвилла.
Перед въездом в город агенты Фарбера вырвались вперёд, и мы нагнали их только на заправочной
