После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
уровня цивилизации.
Пока я изучаю котел, Анатолий обнаруживает неисправность. Заклинило невесть откуда взявшимся камешком парораспределительное устройство или золотник. Механиклей тоже, видимо, обнаружил это и уже наполовину разобрал золотник. Но нетерпеливые хассы не стали ждать, пока он будет копаться. Они посвоему решили проблему. Наказали нерадивого механика, пересели в другую машину, а эту бросили.
Анатолий быстро приводит золотник в порядок. Мы разогреваем котел, запускаем двигатель и, попыхивая отработанным паром, пускаемся в дальнейший путь. Скорость у транспортера невелика, не более двадцати пяти километров в час. Но это всетаки быстрее, чем идти пешком.
Через полчаса Вир говорит:
– Город.
Впереди я вижу нечто, напоминающее террикон с пологими склонами. Когда мы подъезжаем поближе, становятся видны строения, облепившие склоны «террикона» от самого подножия до вершины. Это одно и двухэтажные здания из белого камня. Между ними вьется спиральная дорога. Вершину «террикона» венчает нечто вроде замка с тремя высокими башнями. Интересно, сможет ли машина подняться по этой дороге или нам придется идти пешком?
До сих пор мы ехали среди рощ и полей. Теперь этот пасторальный пейзаж резко меняется. Мы едем среди свалок и зловонных болот. У нас начинает складываться на редкость неблагоприятное представление о том месте, куда мы держим путь. Судя по всему, эти домики и лужайки между ними с газонами и садиками смотрятся привлекательно только издали. Как Луна, к примеру.
Но примерно в километре от города живописные и благоухающие горы мусора и отбросов неожиданно сходят на нет, и дорога тянется среди чистых прудов, огородов, садов и цветников. Эта живописная местность контрастирует не только с тем, что осталось позади, но и с тем, что мы видим впереди. А впереди, насколько достает взгляд, высится мрачная темносерая каменная стена. В ней не меньше тридцати метров высоты. Верхний край ее порос густым высоким кустарником. Что скрывается за ним, не видно.
Полоса зелени обрывается так же резко, как и начиналась. Дальше, до самой стены, ни кустика, ни травинки на расстоянии метров двухсот. Вся площадь, прилегающая к стене, засыпана мелким щебнем. На площади стоит несколько десятков машин, вроде той, на которой мы едем. Понятно, в город на машинах не въехать.
Мы оставляем машину у обочины и направляемся к воротам. Впрочем, воротами это можно назвать только условно. Это просто темная арка в каменной стене высотой около десяти и шириной в четыре метра. Под аркой стоят два хасса, вооруженные мечами и ружьями. Они даже не пытаются преградить нам путь, только останавливают Вира и молча показывают на его копье и нож. Он безропотно отдает и то и другое. Один из хассов открывает неприметную калитку рядом с аркой и бросает туда нож и копье.
– Получишь, когда выйдешь назад, – хрипло говорит он.
На наш арсенал хассы не обращают ни малейшего внимания. Правда, они довольно подозрительно поглядывают на Лену и Наташу. Но тем все и ограничивается. Мы входим в город.
В.С.Высоцкий
Мы долго идем по длинному тоннелю, освещенному редкими светильниками. Это большие плошки, в которых лениво горит какаято жидкость. Кажется, тоннелю не будет конца, и мы вотвот выйдем на такую же арку с другой стороны этого городагоры. Но внезапно впереди начинает проблескивать какойто мертвенный рассеянный свет. Цепь светильников обрывается, и мы выходим в обширную пещеру.
С первого же взгляда становится ясно, что она неестественного происхождения. Полость имеет форму цилиндра огромного диаметра и невообразимой высоты. Потолок – косой купол. Часть этого купола полупрозрачная, и через нее проникает рассеянный, призрачный свет. Света явно недостаточно, чтобы разглядеть, что делается в противоположной части полости. Можно только догадываться, что там такие же проходы, вроде того, из которого мы вышли.
По цилиндрической стене широкой пологой спиралью вьется пандус с решетчатыми перилами. Вдоль пандуса в стене темнеют отверстия различного калибра. По пандусу между этими отверстиями неторопливо передвигаются человеческие фигуры. Подъем на пандус совсем рядом, слева от нас. Мы, недолго думая, направляемся по нему.
Возле первого отверстия я останавливаюсь и заглядываю внутрь. Темно, как… Словом, ничего не видно. Зажигаю фонарь. Довольно обширное помещение заставлено стеллажами
