После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
цвете. А здесь мы запустили программу прогнозирования и пытаемся настроить нормальную цветопередачу. Так мы могли сидеть и ковыряться до морковкиного заговенья. Теперь остается таким же образом отладить и аудиоканал. Но это уже проще. Только вот как Сергей об этом догадался?
– Сам не знаю, – пожимает он плечами в ответ на мой вопрос. – Скорее всего, мне показалось, что изображение изо всех сил стремится в фиолетовую часть, а мы его не пускаем. Вот я и подумал: хуже, чем есть, все равно не будет, а вдруг чтото получится.
Я подзываю Вира и даю распоряжения по поводу оформления застолья. А уже через полчаса Лена демонстрирует обалдевшим от изумления ребятам возможности созданной нами системы. Она вводит в компьютер какойнибудь сюжет из выпуска новостей, строит прогнозы и моделирует ситуацию.
– Если курс доллара повысится, события эти будут развиваться так. Через день… через неделю… через месяц… А если понизится, то так…
– Елена Яновна, – осторожно спрашивает Дмитрий, – а можно здесь увидеть, какие номера выпадут в следующем тираже «Русского Лото»?
– Можно, – смеется Лена, – с вероятностью гдето пятьшесть процентов. Здесь, Дима, слишком много случайных факторов оказывает свое влияние.
Дмитрий удрученно вздыхает, а мы смеемся. Сорвалось, а жаль!
– Ничего, Дима, не расстраивайся. Эта система может много больше, чем номера в лото предсказывать. А поскольку вы принимали участие в ее создании, то заслужили участие в банкете в честь ее пуска в эксплуатацию. Прошу к столу.
Поздно вечером, вызвав такси и отгрузив Сергея с Дмитрием по домам, мы подводим первые итоги работы в этой Фазе и обсуждаем дальнейшие планы. Я излагаю свой план и метод сбора живой информации. Он не только заслуживает одобрение, но Анатолий даже выражает готовность присоединиться ко мне. Лена возражает:
– Нет, Толя, не стоит. Вопервых, информацию по библиотекам и газетам тоже надо собирать. Вовторых, то, что собирается делать Андрей, требует определенных навыков и большого опыта работы хроноагентом. У тебя этого пока ничего нет. А здесь главное – не только получить информацию, но и суметь вовремя и незаметно свернуть ситуацию, выйти из разговора. Андрей это умеет, а ты еще нет. Ну, а что касается дополнительного источника «живой» информации, то по этому поводу у меня есть коекакие мысли.
Наташа предлагает помимо анализа телепрограмм вплотную заняться так называемой массовой культурой: кино и эстрадой. «Выявление наиболее общих тенденций в этих областях может дать богатую информацию», – говорит она.
С утра приступаем к работе. После завтрака Наташа исчезает и через час возвращается с целой охапкой взятых напрокат видеокассет и лазерных дисков. Лена давно уже сидит за «комбайном» телевизоркомпьютер и просматривает программы, ни одной из них не отдавая предпочтения. Листает их, как страницы в скучной книге. Но ято знаю, что за этим «перелистыванием» скрывается интенсивная и напряженная работа.
Анатолий, проверив работу системы, уже ушел в библиотеку. А я пью кофе и просматриваю свежие газеты и журналы, принесенные Виром. Идти до обеда по пивным и закусочным нет смысла. В это время там можно встретить только законченных алкашей. А от них можно почерпнуть только одну информацию: сколько, чего и с кем накануне выпито; кому они били морду, и кто им бил. Неинтересно.
Так же неинтересно, как и просматривать газеты и журналы. Особенно журналы. И особенно молодежные. Сплошная жвачка и сексуальная озабоченность. Порой весьма извращенная. Преобладают материалы о жизни звезд. И добро бы хоть писали об их творчестве и планах. Так нет же. Один «кумир» бросил одну диву и сошелся с другой. На нескольких страницах добросовестно смакуются подробности этой проблемы мирового масштаба. Все стороны этого треугольника не скрывают интимных подробностей и не стесняются в выражениях.
«Этот придурок заставлял меня носить красные ажурные трусики и белые чулки. Ему, видите ли, очень нравилось их с меня снимать. Он никак не мог понять, что мне больше идет белье и чулки черного цвета. А как я умею раздеваться! Эта серая скотина не смогла оценить моего мастерства!»
«Овца! Она ничего не смыслит в оральном сексе! Ничего толком не умеет, а когда ей подсказываешь, устраивает истерики. Не учи ее, она и сама все знает! Может быть, и найдется такой лох, которому понравится ее родинка на левой половине попки, а я уже налюбовался, хватит!»
«Мы с ним встретились в Краснодарском аэропорту, где задерживали все рейсы. Он отвез меня в шикарную гостиницу, где мы провели шикарную ночь. После этого я поняла, что пойду на все, чтобы больше не расставаться с этим шикарным мужчиной. Тем более что у нас много общего. Я, например, люблю
