Хроноагент. Гексалогия

и попробовать вам помочь, если такая возможность еще существует, мне надо посоветоваться с друзьями. Так что, пойдемте.
– Но вы мне можете толком сказать, что всетаки произошло? Мне домой идти надо, жена беспокоиться будет. Куда пропал? Пошел в магазин и исчез.
– Повторяю: могу, но не здесь. Не та здесь обстановка. А у нас это прозвучит убедительнее. Нагляднее, так скажем. А по поводу супруги не переживайте. Я же не случайно спрашивал у вас, как ее зовут. Поверьте, она уже не беспокоится.
Демидов вздыхает, но подчиняется. По пути я захожу в магазин и беру три бутылки коньяка.
– А это зачем? – удивляется Демидов.
– А затем, что вам, Петр Иванович, в той ситуации, в какой вы оказались, без поллитра разобраться будет тяжело. По себе знаю.
Вся наша команда оказывается на месте. Даже Анатолий не успел еще уйти в библиотеку. Он возится со своей установкой переходов. Это очень кстати. Я знакомлю своих друзей с Демидовым, но пока не объясняю, кто он такой и как сюда попал. Все, кроме Вира, смотрят на него с интересом и не могут понять, с какой целью я привел сюда постороннего человека.
– Толя, – спрашиваю я, – твоя установка сейчас в рабочем режиме?
– Да.
– Тогда посмотри, нет ли сейчас гденибудь, в радиусе до двух километров, открытого перехода?
– Сейчас нет.
– Плохо дело. А что значит «сейчас»?
– Да как только ты ушел, открылся переход совсем рядом. Километра полтора, не больше. Просуществовал он не более двух минут.
– Он был односторонним? Не заметил?
– Успел заметить, двусторонний.
– А может быть, и характеристики той Фазы успел запомнить?
– А вот чего не успел, того не успел. Я же говорю, переход существовал не более двух минут.
– Что ж, Петр Иванович, – говорю я Демидову, – шанс у вас был, но он, к сожалению, упущен, и упущен, увы, безвозвратно. Теперь вам придется с этим смириться и привыкать к новой жизни. Итак, друзья, позвольте представить вам нового члена нашего коллектива, Демидова Петра Ивановича, выходца из Фазы, отстоящей от этой более чем на пятнадцать лет. Он попал сюда как раз по тому переходу, который ты, Толя, имел возможность наблюдать.
Демидов обалдело переводит взгляд с меня на Анатолия и обратно. Он, разумеется, почти ничего не понял из нашего диалога и моих слов. Оно и понятно. В такие вещи сразу врубаться сложновато, мягко говоря.
– Петр Иванович, – обращаюсь я к нему, – сейчас мы вам, как я и обещал, все объясним. Но удобнее это будет сделать за столом. Время уже обеденное. Да и вам, по своему опыту знаю, по ходу разговора, не раз приложиться к стакану захочется. Вир, накрывай на стол.
Разговор получился долгий и сложный. Пришлось изложить Демидову основы хронофизики, рассказать о бесконечном множестве параллельных МировФаз. Пришлось подробно рассказать о том, кто мы такие, чем занимаемся и как сюда попали. Труднее всего было объяснить Демидову, что сегодня утром он перешагнул невидимый рубеж, напрочь отсекающий его от прошлой жизни, и что возврат назад теперь невозможен. Как я и предвидел, к концу этого разговора третья бутылка расходуется почти до конца. Правда, к принесенному мной коньяку прикладывался не один Демидов, но ему мы наливали чаще и больше. По мере необходимости. Я посылаю Вира еще за одной бутылкой, а Демидов молчит и думает. Переваривает все услышанное.
Переваривает он долго. Но мы его не торопим. Все мы, кроме Анатолия и Вира, прошли через это: и я, и Лена, и Наташа. Трудно вот так, сразу, принять такие резкие и необратимые перемены. Про себя я отмечаю, что выдержка у танкиста железная, под стать броне его машин. Я, помнится, крыл Магистра матом так, что Время краснело. Впрочем, Демидову крыть некого. Ему еще крупно повезло, что он сразу наткнулся на меня. Точнее, я случайно оказался рядом с ним. При ином раскладе это могло кончиться психушкой, в лучшем случае. Судя по всему, Демидов приходит к такому же выводу. Сделав очередной глоток коньяка, он, глядя в окно, медленно произносит:
– Да. Крупно мне повезло. Пошел в магазин за продуктами и оказался в другом Мире. И что же мне теперь дальше делать? Стреляться? У вас, Андрей Николаевич, пистолета случайно нет?
– Случайно есть. Но это всегда успеется, я на вашем месте не стал бы торопиться. Нажать на спуск проще всего. Это вариант крайний. Есть два других.
– Это какие же?
– Первый. Попробовать адаптироваться в этом Мире. Думаю, что танкисты и здесь нужны, пока. Второй вариант – стать одним из нас. То есть я предлагаю идти дальше с нами. Ну, как Вир, к примеру.
– Да я же ни хрена не понял из того, что вы мне толковали о своих делах! Или почти ни хрена.
– Ну, это потому, что с первого раза это всегда звучит необычно, и сразу врубиться трудно.