После командировочных посиделок летчик-испытатель Андрей Коршунов просыпается поутру не только в чужом номере, но и в чужом времени и даже… в чужом теле. На дворе 41-й, через месяц начнется война, а он теперь — летчик-истребитель Злобин, прибывший в Москву за новым назначением.
Авторы: Добряков Владимир Александрович, Калачев Александр
и смеёмся. Бенат озадачен. Он видит мой «вальтер», смотрящий ему в лоб.
– Спрячьте оружие, мастер Бенат. Если вы вздумаете выстрелить, то промахнётесь. А второй раз я вам выстрелить не дам. Спрячьте револьвер и поговорим спокойно. Мы не шпионы ваших Владык. Кто мы, вам знать незачем. Да и, боюсь, вы не поймёте. Откуда мы пришли, не важно. Вы правы, мы не из Загорья. Про Загорье мы сами только вчера узнали от тана Марсуна. Как мы пришли, так и уйдём. Никто и никогда нас здесь больше не увидит. Для вас важно одно: к Владыкам мы никакого отношения не имеем. Ну же, спрячьте револьвер. Сделайте, как я.
Я прячу пистолет за пояс. Мастер Бенат, поколебавшись, тоже прячет оружие.
– Я сразу понял что вы не те, за кого себя выдаёте. Я чтото не припомню ни одного тана, который интересовался бы техникой. Что вы от меня хотите?
– Мастер Бенат, мы хотели бы задать вам несколько вопросов о вашем мире. Сможете вы нам ответить?
– Что знаю, то скажу.
– Давно появились у вас Владыки?
– Они были здесь всегда.
– Допустим. А вот эти машины? Не те, что лежат у вас в разобранном виде, а те, которые крутятся от ветряков. Они давно появились?
– Они тоже были всегда.
– Мастер Бенат, этого не может быть. Ктото ведь придумал их? Ктото нашел способ получать электроэнергию и использовать её?
– Не знаю. Это всё было всегда.
– Хорошо, – я вздыхаю. – А женщины? Давно они стали такими, что любой может взять и попользоваться? И они не могут отказать.
– Так тоже всегда было.
– И вы даже не слышали, что когдато было иначе?
– А как могло быть иначе? Главная задача женщины – доставлять мужчине радость и наслаждение …
– Это я уже слышал вчера от тана Марсуна. Вы: значит, тоже так думаете?
– Я не понимаю, о чем вы спрашиваете. Не вижу смысла в этих вопросах.
Замкнутый круг. «Так всегда было!» И Веста, и Марсун, теперь еще и Бенат. Я задумчиво смотрю на мастера Бената. А до того вдруг словно доходит, о чем я его пытаю.
– Тан Андрей, или как вас там? Вы хотите узнать, как здесь было раньше, и когда всё изменилось? То есть вы хотите узнать, когда появились Владыки и установили свои порядки?
– Значит, вы знаете, что раньше всё было иначе?
– Разумеется. Вы верно сказали. Ктото придумал электрические машины, электрические батареи, электрическое освещение. Ктото придумал летательные машины. Ктото придумал проволочную электросвязь. Но никто вам не скажет, кто придумал, когда придумал, и как было раньше, и когда стало как сейчас. И я не скажу. Потому что никто этого не знает. И я не знаю. Я, как и все вольные, учился в школе. Там нас учили читать, писать, считать, соблюдать законы, почитать Владык. А вот тому, как было раньше и когда что изменилось, нас не учили. После школы меня направили в училище, учиться на мастера. Там меня научили обслуживать электрические машины, ремонтировать их. Научили заряжать батареи и устанавливать их. Научили прокладывать электрические провода и подсоединять к ним всё, что работает от электричества. Научили ремонтировать всё это. Научили работать с проволочной связью и обслуживать её. Но тому, что сейчас интересует вас, меня опять не учили. Не учили этому в училищах и управляющих, и агрономов, и животноводов. И уж, конечно, не учили этому военных.
– Ну а самито вы что думаете по этому поводу?
– Вряд ли вы услышите от меня чтолибо новое. Я могу только предположить, что когдато жизнь была совсем другая. Но пришли Владыки и установили свои законы. И сейчас мы живём по этим законам.
– И вам нравится такая жизнь, такие законы?
– Хм! А чем плоха такая жизнь и такие законы? У меня есть хорошая работа. Меня за неё обеспечивают всем, что только душа пожелает. В какомто смысле я живу даже лучше нашего тана. Я без него обойдусь, а он без меня – нет. И он это знает. Лучшее из того, что получает тан из фонда Вождя, достаётся мне. Стоит мне пожелать на ночь любую женщину из нашего клана, тан отберёт её у любого гостя, – если, конечно, он не Вождь или его родственник, – и отдаст мне.
– Вы говорите, самое лучшее – всегда вам. Но одеты вы весьма скромно.
– Это рабочая одежда. За ужином у тана я всегда одет сообразно своему положению.
– Вчера вас на ужине не было.
– Я не люблю смотреть на казни. Сегодня будут женские игры, и я приду.
– Понятно. Значит, жизнью вы довольны. Но, мастер Бенат, это же растительная жизнь. Полили, удобрили, пропололи сорняки, что еще свёкле надо?
– В самом деле. Что еще надо свёкле? – Бенат улыбается.
– Свёкле, действительно, ничего больше не нужно. Но ведь вы не свёкла, мастер Бенат. Вы грамотный, неглупый человек. Я же видел, что вы делаете у себя в мастерской. Ведь для чегото вы это делаете.
– Только для себя. Я просто хочу доказать