«Задверье», «Американские боги», «Дети Ананси». И, конечно, «Звездная пыль», положенная в основу одноименного голливудского блокбастера Мэтью Вона с Робертом Де Ниро, Мишель Пфайфер и Клер Дэйнс в главных ролях. Это — романы Нила Геймана, известного художника, поэта и сценариста, но прежде всего — писателя, которого критика называет мастером современной фэнтези. Однако славу Нилу Гейману принесли не только романы, но и малая проза — удостоенные самых престижных премий сказки, рассказы и новеллы. Перед вами — удивительная коллекция страшных, странных и смешных историй Нила Геймана, которые откроют для вас врата в причудливые миры, за грань реальности.
Авторы: Нил Гейман
растения и запись звуков природы. И. разумеется, грамотный мастер по свету.
Мисс Финч рассеянно почесала под левой грудью, потом повернулась к нам спиной и пошла навстречу рассвету в туманных джунглях, и тигры шли рядом с ней, бесшумно ступая на мягких лапах. Один – с одного бока, другой – с другого.
Где-то вскрикнула птица.
Рассвет померк, растворившись во тьме. Туман рассеялся.
Женщина с тиграми исчезла.
Сын коротконогой воинственной тетки помог ей подняться. Она открыла глаза. Вид у нее был испуганный и потрясенный, но сама она вроде бы не пострадала. И действительно: мы убедились, что с ней все нормально, когда он подняла с пола свой зонт, оперлась на него и злобно уставилась на нас исподлобья. Мы облегченно вздохнули и захлопали в ладоши.
Никто не пришел проводить нас дальше: ни дядюшка Фестер, ни вампирская женщина, ни шпрехшталмейстер. В десятую комнату мы прошли сами.
Судя по всему, здесь должно было состояться грандиозное финальное шоу. Тут даже было где сесть. Мы уселись на пластиковые стулья, расставленные вдоль стены, и прождали достаточно долго, но никто из артистов не вышел. Мы подождали еще, и по прошествии четверти часа нам всем стало ясно, что никто и не выйдет.
Люди начали переходить в соседнюю комнату. Было слышно, как там открывается дверь.
Шум оживленного уличного движения. Шелест дождя.
Я посмотрел на Джонатана и Джейн. Мы молча поднялись и прошли в последнюю, одиннадцатую комнату. Там стоял одинокий стол, на котором были разложены сувениры: значки, открытки, плакаты и диски с символикой цирка. Продавца не было. На столе просто стоял жестяной сундучок, куда надо было класть деньги. Желтый свет уличных фонарей лился в комнату сквозь распахнутую настежь дверь, и порывистый ветер, проникавший снаружи, трепал уголки нераспроданных плакатов.
– А мы ее не подождем? – спросил кто-то из нас, и мне бы хотелось, чтобы это был я, но, по-моему все же не я. В общем, кто-то спросил, надо ли нам подождать мисс Финч, но остальные лишь покачали головами, и мы вы шли под дождь, который теперь превратился в промозглую серую морось.
Нам пришлось поблуждать по запутанным переулкам, пока мы не нашли то место, где оставили машину. Я стоял на ветру, ждал, когда мне откроют заднюю дверцу, и мне вдруг показалось, что сквозь шелест дождя и шум города я услышал рев тигра – где-то рядом, совсем-совсем близко. Низкий раскатистый рев, от которого вздрогнул весь мир. Хотя, может быть, это просто проехал поезд.
Strange Little Girls
Перевод. Т. Покидаева
2007
Она такая крутая, такая сосредоточенная и спокойная, и все-таки ее взгляд остается прикованным к горизонту.
Тебе кажется, ты знаешь все, что вообще можно знать про нее, уже в первый миг после знакомства, но все, что ты знаешь – вернее, думаешь, что знаешь, – это неправильно. Страсть течет сквозь нее, как река крови.
Она отвернулась буквально на миг, и маска сорвалась, и ты упал. Все твои завтра начинаются здесь.
Знаешь, как это бывает, когда ты кого-нибудь любишь?
И что самое трудное, самое поганое, даже хуже, чем «Шоу Джерри Спрингера»: если действительно любишь кого-то, ты уже не перестанешь его любить. Какой-то кусочек этого человека навсегда остается в сердце.
Теперь, когда она стала мертвой, она старается помнить только любовь. Каждый удар она представляет как поцелуй. Макияж, неумело скрывающий синяки, ожог на бедре, прижженном сигаретой, – это были проявления любви, решает она.
Ей интересно, что сделает ее дочь.
Ей интересно, кем она станет.
Она держит торт – в своей смерти. Это тот самый торт, который она всегда собиралась испечь для своей малышки. Быть может, они испекут его вместе.
Они сядут за стол, все вместе, втроем, и съедят этот торт, и комната медленно наполнится смехом и любовью.
Есть столько всего, от чего она так упорно пыталась бежать: то, о чем она не будет помнить, и то, о чем она даже не может подумать – никогда не решится подумать, – потому что тогда кричат птицы, и червяки выползают из нор, и у нее в голове идет дождь, медленная бесконечная морось.
Тебе скажут, что она уехала из страны, что она хотела подарить тебе подарок,
