несколько мест обозначил.
Очередное теплое утро на морском побережье «великий и ужасный» встретил в ужасном настроении. Свежий завтрак, заботливо приготовленный кухаркой, не радовал. Всю ночь Олега Евгеньевича грызла мысль, о том, как в очередной раз счастье просвистело мимо него подобно фанере над некогда славным городом Парижем. Жемчужины, обещавшие немыслимые возможности для человеческой расы оказались пустышками. А теперь еще по всему материку нездоровые слухи ходят, мол, у него нестандартные сексуальные пристрастия и незаурядно маленький размер достоинства. У Командора чесались руки открутить Тигеру его дурную голову за непомерно длинный язык, вот только и здесь ничего не могло выйти, во-первых – Тигер был в данный момент банально сильней, а второй причиной послужила просьба самого «великого и ужасного». Комбинатор сам попросил распускать, как можно больше различных слухов разного порядка.
— «Вот тебе и понты»! — недовольно размышлял Командор, когда его с толку вновь сбил хриплый женский голос.
— О чем кручинишься, добрый молодец?
— «Не такой уж и добрый. Ты где была все это время?»
— Адаптировалась, — довольно ответила Анастасия, — свои воспоминания по твоему подсознанию распихивала.
— «Я уже было, наивно понадеялся, что мою бедовую головушку оставили в покое», — Комбинатор с грустью заглянул в чашку с цветочным чаем и небрежно вернул ее на стол, — «Вот скажи мне Настенька, когда вся эта канитель с моим мозгом закончится?»
— А что тебя не устраивает? Я, между прочим, тебе помогать пытаюсь, по мере своих скромных возможностей. Вспомни хотя бы тот случай с горными пуарами. Вы бы сами с ними очень долго возились. А может и вообще бросили это дело, не добившись каких-либо результатов. Если бы не мои советы, ты бы никогда не увидел реликт.
— «Ты сейчас, о чем»?
— Деревянный ящик со стеклянной крышкой, — с обидой пояснила Анастасия, — в нем еще ручка с перстеньками лежала.
— «И что это за штука? Ты знаешь, как открыть эту коробку»?
Ответом Олегу послужила тишина, видимо Настенька обиделась и не желала больше общаться, ну или время на заслуженный перекур кончилось, и теперь добросовестная труженица вновь приступила к собиранию пазлов в его сознании.
Мысленную истерику прекратил появившийся на террасе Рубин, на его плече восседала миниатюрная девчушка с крылышками. Ее крохотные ручки удерживали кусок сахара, к которому малышка периодически прикладывалась. Рубин вежливо поздоровался с кухаркой, поинтересовался у той все ли готово к походу и нежнейшим образом разместив малявку на столе уселся, напротив.
— Кушай моя маленькая, — нежно обратился Роман к мелкой, — а как доешь, я тебе еще сладенького дам. И имя мы тебе придумаем красивое.
— И вам доброе утро, многоуважаемый Роман Сергеевич, — начал диалог Олег в несвойственной для него манере, — всё-таки зря я, наверное, тебе эту мелочь подарил.
— Чего это зря? И ничего не зря, у нас уже все нормально, мы уже подружились.
— Ром, ты мне сейчас маньяка педофила напоминаешь, сюсюкаешся, девочку к непонятному сладким сахарком склоняешь.
— Тьфу на тебя, — раздражённо заявил грилл и небрежно выложил четыре черных матерчатых мешочка и половину бутылки с бурой жидкостью на стол, — я вчера конфисковал их после боя. Виктор до последнего бутылку отдавать не хотел. А потом со все этой петрушкой из головы вылетело, что вернуть добро нужно.
Комбинатор с какой-то досадой глянул на мешочки:
— Который из них твой?
— С желтой тесьмой, — указал Рома на один из кисетов.
Олег поднял мешочек и передал его Ромке.
— А не жалко? – растянувшись в улыбке от уха до уха спросил Роман.
— Еще как жалко, Роман Сергеевич. Знал бы ты на сколько.
Прогулка по намеченным местам требуемых результатов не дала. Нет, выкладки Виктора были верны, и искатели обнаружили еще одно гнездо горных пуар, вот только это были совершенно не те результаты, на которые рассчитывал Олег. Практически весь первый день союзники пробегали в пустую, обыскав самым тщательным образом две пещеры, которые были пусты. К вечеру приключены забрались на высокий уступ. Этот самый уступ, к слову говоря, находился метрах в тридцати от земли в одном глухом ущелье. Аврора как-то случайно наткнулась на это место, отметив для себя непередаваемую красоту местного пейзажа. Данное ущелье можно было изображать на картинах, откуда-то сверху, с характерным шумом падал небольшой живописный водопад у самого подножья превращаясь в ручей с кристально чистой водой. По размерам местечко было не большим, километра полтора в ширину и приблизительно столько же в длину и вся ложбина была густо засеяна красивыми цветами и травами, а с правой