Все с нуля! Дорогой читатель, ты, наверное, слышал о таком страшном месте, как чистилище, в представлении христиан чистилище — это такое место, где грешники ожидают своей участи, место, где души умерших грешников очищаются от не искупленных при жизни грехов, место, где время практически не движется, и грешная душа испытывает сильнейшие муки. Тысяча лет безнадежной праздности.
Авторы: Софроний Валерий Иванович
думаю, он пойдет тебе навстречу.
Рубин ничего не ответил. Он молча поднял руку, давая понять, что услышал Командора и продолжил свое шествие.
Великий и ужасный уселся на своем излюбленном месте: ночной вид на морскую гладь был прекрасен, темный небосвод украшали мириады звезд. Олег Евгеньевич улыбался, несмотря ни на что, с утра он собирался отведать яду. Он уже и ампулу с зельем припас, она сейчас лежала на столе рядышком с бутылкой вина и неприятно поблескивала, наводя нашего героя на неприятные мысли.
— «Всё-таки с Ораном придется расстаться, да и какой у меня имеется выбор? Никакого, — сам на поставленный вопрос ответил Олег. — А Фениксы пускай радуются небольшой победе, если им повезет, то все добытое в бою они смогут сбыть до прихода кого-либо из топов. Маленький, но всё-таки бонус. С Рубином, конечно, выйдет неприятно, вот только, он вряд ли сможет справиться с шаудой. Дракон вроде говорил, что все его семейство эту тварь гоняло, ну, да и Бог с ним. Полюбуюсь рассветом и в долгий путь», — окончательно решил Олег.
Великий комбинатор налил себе бокал местного дрянного вина, от которого все водили носом, поудобнее уселся на мягкий стул, укутавшись в столь полюбившийся ему плащ, и молча наслаждался видом спокойного безмятежного моря и мерным плеском волн.
Идиллию нарушил Грюн, эльф осторожно приоткрыл дверь и негромко спросил:
— Командор, можно с вами поговорить?
Олегу Евгеньевичу с этим трусом говорить ужасно не хотелось, Грюн уже показал себя во всей красе, и в тот раз, когда он вместе с крестьянами ворвался в гостиницу с вилами, и когда смалодушничал в день штурма ‘Масок’. Но и ругаться в такую приятную ночь не особо хотелось.
— Садись, рассказывай, — разрешил Олег.
Теперь уже было неважно, ведь, с рассветом вся эта новая игра должна была закончиться. Нет, комбинатор, может быть, и поиграл бы подольше, но в этом не было смысла, особенно, если учесть, что колечко возрождения находилось не пойми где.
— Я хочу извиниться перед вами за тот раз, — начал эльф.
— За который? — слова Командора не звучали с обидой или злостью, в данный момент он спокойным тоном устанавливал теперь уже безразличный факт.
— Ну, когда вас на пляже повязали, — продолжил каяться Грюн, — я, ведь, тогда плеск воды слышал еще, когда захватчики к берегу подбирались. А потом все так закрутилось.
— Все так закрутилось, что ты решил спрятаться? — комбинатор налил себе в стакан красного вина, — я, ведь, тебя видел, когда меня вязали.
— Я хотел вам помочь, — опустил глаза Грюн, — вот только, тетушка моя нам запретила.
— Тетка?
— Ну, повариха, Архэя Таум, — пояснил эльф, — она сказала, что нам на пляже делать нечего, если даже все туда отправимся. А вот внутри мы можем многое. Она нас ваши вещи прятать отправила. Ну, добро ваше из комнат. Мы с Уртой успели перетащить вашу сумку, ту, что побогаче выглядела. А после, эти в «Бригантину» ворвались. И остальные вещи забрали.
«Великий и ужасный» по-иному начал глядеть на подчиненного, видимо, в каких-то моментах на счет него он ошибался.
— Послушай, Грюн, а в тот день, когда толпа ворвалась в отель, ну, когда дракона кормили. Я в твоих руках вилы видел.
— Я их просто тогда убрать не успел, эти дурни начали в отель ломиться на второй этаж, а я им поперек встал. И вилы те, я у рыбака местного отобрал, у Еремы. Вы тогда так неожиданно спустились, что я и убрать их не успел.
— «Вот я — придурок, — с изумлением глядел Олег Евгеньевич на подчинённого, — ну, надо же так лажануться».
Комбинатор хлопнул себя пятерней по лбу, проведя ладонью по лицу сверху вниз.
Очередной раз зловредная старушка-судьба вмешалась в гениально построенный план «Великого и ужасного». Теперь не было острой необходимости приводить план с суицидом в исполнение. Можно было дальше продолжить игру ровно с тем, ну или почти с тем, что у Командора имелось. Можно было продать честно награбленное, разделить прибыль с Фениксами, и в случае острой необходимости, которая должна наступить при любых раскладах, пропасть из этих замечательных земель. Олег Евгеньевич улыбался, в море заиграли отблески восходящего солнца. Комбинатор подобрал со стола ампулу с ядом и зашвырнул ее в сторону моря.
— «На этот раз я не огреб по лицу. А тенденция-то поменялась!»
Конец третьей книги. Хотел бы сказать я, но многие из вас скажут, автор, ты совсем одурел, а как же Барсучок? Что стало с этим героем твоего произведения? Куда он делся и как у него дела?
Дорогой читатель, многих из вас довольно сильно волнует судьба непримиримого командораненавистника — барсучка Бедолаги. Последние события, связанные с его приключениями, завершились на небольшой лесной полянке, где по всем
