Все с нуля! Дорогой читатель, ты, наверное, слышал о таком страшном месте, как чистилище, в представлении христиан чистилище — это такое место, где грешники ожидают своей участи, место, где души умерших грешников очищаются от не искупленных при жизни грехов, место, где время практически не движется, и грешная душа испытывает сильнейшие муки. Тысяча лет безнадежной праздности.
Авторы: Софроний Валерий Иванович
она выглядела словно заправский челнок под завязку груженный товаром. После приобретения кучи бижутерии на выносливость, она чувствовала себя очень сильной.
— Нужно будет заскочить еще в одно местечко, — комбинатор лелеял надежду всё-таки избавиться от надоевших Фениксов.
Именно по этой причине он решил навестить поганца и его дядюшку, а там, возможно, и с Локи удастся повидаться. Несмотря на довольно холодное расставание, Командор сделал для него очень много хорошего и теперь он лелеял надежду, что укурок соизволит рассчитаться по старым долгам.
— «Если Локи поднимет мне уровни, то пошлю ко всем чертям эту гребанную семейку, и половина этого мирка огребет по хлебалушку, — всю дорогу в деревушку леприконов, комбинатор очень недобро улыбался, думая о чем-то своем.
Прибыв в Курараун Олег Евгеньевич оставил своих попутчиков в таверне «У Хогана», а сам отправился в деревушку к озеру, где впервые повстречал «миролюбивых и добрых» леприконов. К своему удивлению, попал Олег, с корабля на бал — секретная деревня леприконов гуляла, отмечая вчерашний праздник солнцестояния. Олег, поджал голову, пролез в таверну к веселящимся леприконам и начал шарить глазами в поисках знакомых лиц, и знакомые лица были обнаружены. За огромным столом сидел Клест в компании своего дяди, деревенского старосты, и проныра Слущь. Причем, Слущь и Клест были изрядно навеселе и вели себя будто закадычные друзья. Поведение племянника явно не нравилось дядюшке, но тот упорно молчал, было понятно, что вся эта ситуация ему встала поперек горла. Пьянка стихла, когда человек ворвался в кабак. На какое-то мгновение воцарилась вопиющая тишина, но, когда Командора опознали, леприконы вновь вернулись к своему любимому занятию.
— Командор! — радостно заорал Клест, вставая из-за стола, — вас всё-таки не казнили!
Комбинатор, расталкивая возмущенных леприконов гуськом подобрался к столу и уселся за него на пятую точку. Изрядно захмелевший Клест протянул старому другу небольшую ручонку, Олег ответил рукопожатием.
— Командор, поздравьте меня, на вчерашнем празднике солнцестояния Локи одарил меня тремя монетками. Теперь у меня их семь, — тонким голосом, визжа словно девка пролепетал поганец, — а Слуща Локи одарил двумя монетами, он отстает от меня ровно на две монеты. Меня теперь все уважают и местные мою власть признавать стали!
Поганец светился от счастья.
— Поздравляю тебя, Клест, — ты заслужил каждую свою монетку!
Комбинатор, вроде говорил хорошие слова, но взгляд у него был на столько тяжелым, что у коротышки начался приступ икоты.
— Нам бы с тобой пошушукаться, твое величие.
— Говори здесь, — влез в разговор проныра, — у Блупика нет секретов от своего народа. И вообще, мы отмечаем победу нашего короля! За короля! — заорал Слущь и леприконы вскинули кружки.
Заявление проныры прозвучало в форме требования, но трепаться о своих секретах Командор при посторонних не собирался.
— Ваше величие, — обратился Командор к Клесту со всей помпой, прошу вашей аудиенции, я торжественно клянусь, что наш разговор продлится не особо долго и я верну вас вашим подданным в самый короткий срок.
Во взгляде великого и ужасного сквозила ледяная сталь и Клест перечить не стал.
— Да, хорошо, давайте поговорим, Командор, — сдался Клест.
— Уважаемый Юм, — как можно учтивей обратился Командор к леприкону, — не могли бы вы помочь дойти до дому вашему племяннику, а то я слишком велик для этого.
— Разумеется, Командор.
Юм кряхтя вылез из-за стола и, взяв племянника под руку, повел того на свежий воздух.
— Я ненадолго, — пообещал Командор недовольному обществу за столом.
До домика дядюшки Юма компания шла почти молча. По пути комбинатор не проронил ни слова, так же молчал и Юм, поддерживая племянника под локоток, зато Клест заливался соловьем, он болтал, не закрывая рта. Как только входная дверь в домик дядюшки Юма закрылась, Клест отхватил отменного леща, комбинатор вложил в этот удар все свое раздражение и гнев. Поганец мигом протрезвел, на его глаза навернулись слезы, и Клест недовольно зашмыгал носом:
— За что? — возмутился Клест.
— Простите меня, Юм, за такие меры воздействия, просто по-другому я не знаю, как объяснить этому недотепе всю сложившуюся ситуацию.
— Ничего страшного, — старик ни капельки не обиделся, казалось он наоборот даже радовался, что на его племянника хоть как-то, хоть кто-то может воздействовать.
— Чего я вам такого сделал? — шмыгая носом, спросил леприкон.
— И ты еще спрашиваешь? А ну-ка поясни мне поганец, что сейчас видели мои глаза?
Клест растеряно пожал плечами, не понимая вопроса.
— Я еще раз тебя спрашиваю,
