Все с нуля! Дорогой читатель, ты, наверное, слышал о таком страшном месте, как чистилище, в представлении христиан чистилище — это такое место, где грешники ожидают своей участи, место, где души умерших грешников очищаются от не искупленных при жизни грехов, место, где время практически не движется, и грешная душа испытывает сильнейшие муки. Тысяча лет безнадежной праздности.
Авторы: Софроний Валерий Иванович
с кем ты выпивал за одним столом? — сквозь зубы процедил Олег.
— Ну там, это, Слущ, староста и этот как его….
— Ты выпивал с леприконами, которые втаптывали тебя в грязь. Ты братался с пронырой, с тем самым шнырем, который публично пообещал тебя убить. И поверь мне, Клест, если бы он набрал столько же монет, сколько их у тебя, он обязательно бы выполнил свое обещание.
В общем, досталось поганцу не по-детски, комбинатор минут пятнадцать компостировал ему мозги, внушая правильные мысли, и эти самые мысли пришлись по вкусу дядюшки Юму. После гневной тирады хозяева и дорогой гость уселись за стол почаевничать и поговорить о делах насущных.
— Значит, говоришь, вчера был праздник солнцестояния? — обратился Командор к Клесту, отхлебнув из кружечки глоток чая.
— Ага, вчера. В этот раз Локи собрал нас к югу от высокого храма близь Олуэтских гор.
— А как бы мне посетить храм Локи? — закинул удочку комбинатор, — Дело в том, что я с ним лично знаком.
— У Локи нет храма, — ответил Юм, — у него переносной алтарь.
— Подождите, а как же вы с ним связываетесь? — изумился Олег.
— Никак мы с ним не связываемся, — ответил дядюшка Юм, — он связывается раз в полгода с нашим волхвом и говорит где, будет проходить ритуал. Мы с ним никак не можем связаться.
Командор допил чай и начал собираться в дальний путь, предстояло вернуться, теперь уже, в родные пенаты.
— Благодарю за теплый прием, — Командор пожал руку дядюшке Юму, а после и Клесту, — Блупик, слушай своего дядюшку. Родственники — это единственные люди, которым на тебя не плевать.
Клест насупился:
— Да, он меня уже залечил, — взъярился леприкон, — Блупик, ты должен объединить наш народ, Блупик, ты должен попробовать создать банк, Блупик, ты должен быть королем. Блин, да как вы не поймете, я уже король, все вокруг мои подданные. А ты, дядюшка, если будешь занудствовать, подарю тебя в качестве прислуги Командору!
— Спасибо, Клест. Я с удовольствием принимаю твой дар, — без особых эмоций ответил Олег.
После слов Командора Клест довольно-таки сильно подрастерялся. Он никак не ожидал, что Командор безропотно согласится на предложение новоиспеченного короля.
— Я обязательно заберу твоего дядюшку к себе в слуги, только чуть попозже, — безапелляционно заявил Олег.
А после он, не говоря ни слова, покинул небольшой домик леприконов.
Надежды комбинатора растаяли, оставив неприятное послевкусие, мечта об избавлении от Фениксов могла осуществиться только через полгода. В общем, вернулся ‘великий и ужасный’ в кабак к Хогану ни с чем. Он забрал свою новую команду «мечты» и отправился домой на родимый пляж в родимую гостиницу.
Пробирались обратно тайком, подобно партизанам. Очень долго наблюдали за постом из двух игроков у входа в довольно небольшое ущелье. Часа три сидели, Аврора следила за охраной в подзорную трубу, а после резко скомандовала:
— Пора!
И команда ‘мечты’, под завязку груженная покупками, бегом ринулась в ущелье. Вся суть этого маневра заключалась лишь в одном, Фениксы дожидались пока охранники уйдут в лучший из миров, а после они беспрепятственно двигались по ущелью, охранники были довольно ленивы и относились к своим обязанностям весьма халатно, что в итоге сыграло на руку Фениксам. После наши герои ещё часов шесть бежали по небольшой дороге, тянувшейся вдоль всего плато. На этот раз бежать было легче, выручала бижутерия на выносливость. Распрощался Командор с Феникса у цитадели. В Оране за время отсутствия Олега ничего не изменилось, все так же лениво и не торопясь, копошились местные обитатели, шумело море, а местная детвора, окружив Командора, все так же клянчила мелочь на конфеты.
Весь усталый и разбитый путник нарушил умиротворяющую тишину собственной обители. За стойкой регистратора мирно почитывал газетенку Грюм, горничная натирала стекла окон влажной тряпкой, повариха эльфийка вольготно разместилась на гостевом диванчике и дремала, всю эту идиллию периодически нарушала мерная матерщина, доносившаяся со второго этажа.
— «Видимо Фарас занимается ремонтом».
Комбинатор небрежно уронил сумку на пол и довольно и очень громко произнес:
— Дом, милый дом!
Все сотрудники «Бригантины» тут же пришли в себя и построились рядом со стойкой, словно по команде.
— «Чего-то мои пчелки накосарезили, — комбинатор самым внимательным образом оглядел сотрудников, — а иначе чего они так всполошились?»
Со второго этажа, толи бегом, толи кубарем свалился Фарас, орк был слегка навеселе и легкое амбре не однодневного запоя донеслось до чувствительного носа Командора.
— Сдрась, ваше благородие, — поприветствовал работодателя орк.
