Альтернативная история с попаданцами-зеками во времена Екатерины II. Правильно говорят: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Как шестеро совершенно разных людей могут оказаться в одном месте, а потом ещё и провалиться почти на 250 лет назад? Оказаться и провалиться могут. А вот что дальше? А дальше начинаются проблемы, с которыми нужно что-то делать.
Авторы: Решетников Александр Валерьевич
в Первого министра, уже давно покоился на дне Темзы. А экипаж был возвращён хозяину даже и не подозревавшему о его временном похищении. Хозяин сладко спал, опьянённый чрезмерным возлиянием. Да и преступники лица свои нигде не светили, используя всевозможный грим и меняя одежду. Тем более умелый человек может спрятаться довольно легко даже на открытом месте. Тут же было всё намного проще.
Только-только весть о трагической гибель Уильяма Питта Младшего всколыхнула Англию, народ которой испытывал симпатию к молодому премьер-министру, как другие события ещё больше усилили страх за будущее страны. Двенадцать линейных кораблей Флота Канала, что находились на стоянке около Портсмута, ночью взорвались и полностью затонули вместе с экипажами. Одновременно с этими, произошли взрывы в самом Портсмуте, от которых пострадало десяток разнообразных кораблей и пороховой склад. Тёплая летняя ночь и свежий ветер увеличили последствия взрывов, пожары охватили большую часть порта и города. Этой же ночью на стоянке кораблей на Темзе рядом с Тауэром взорвались ещё десять кораблей, вызвав многочисленные пожары на других судах. Наутро, после взрывов, в Лондоне и Портсмуте были обнаружены листовки, на которых покойный французский король Людовик XVI кидал с небес молнии на остров Великобритания. Надпись на листовках гласила: «Кайся Англия, ибо час расплаты пришёл!»
Два фрегата под английскими флагами удалялись от берегов Великобритании в сторону Индии. Фрегаты назывались «Ягуар» и «Пантера», и увозили в своих трюмах двадцать миллионов фунтов стерлингов, украденных во время ночных взрывов в Портсмуте и Лондоне. Лето 1789 года полностью изменило историю, направив её по другому руслу… И продолжало менять дальше.
Кощеев и ещё пара охранников, которые приехали с ним из Тюмени, сидели в юрте старейшины местного племени. Напротив них расположились сам старейшина со своим старшим сыном и шаман. Тарлав — сын главы племени, довольно хорошо говорил по-русски и выполнял обязанности переводчика. Прежде, чем мужчины приступили к серьёзному разговору, Игнат, по инструкции, полученной от Агеева, подарил старейшине меховую шапку из чернобурки, сыну саблю, а шаману большой красочный бубен со встроенными медными бубенчиками. Гостей в свою очередь накормили варёной лосятиной с овсяной кашей и пшеничными лепёшками. В качестве напитка подали айран. После того, как все насытились, и Игнат поблагодарил старейшину за угощение, начался серьёзный разговор.
— Что привело тебя ко мне? — перевёл Тарлав слова своего отца.
— Я хотел бы узнать у тебя, уважаемый Кызлан, от чего погибли мои люди? — ответил Игнат.
— Ты говоришь о тех юношах, которые ходили в крепость наших предков?
Лицо старейшины было спокойным и невозмутимым. Шаман тоже сидел и безучастно смотрел на гостей с таким видом, как будто его здесь нет. И только Тарлав немного волновался, переводя слова своего отца.
— Да, — Игнат кивнул головой.
— Отец говорит, — выслушав ответ, перевёл Тарлав, — что их души забрали к себе наши предки, покой которых они нарушили…
— А как их тела оказались возле дома, в котором они жили? — снова задал вопрос Кощеев.
Если бы не инструкции Агеева, он бы взял этого старейшину с шамана заодно и допросил бы обоих хорошенько. Но Марсель категорически запретил ему ссориться с местным населением. Да и не верил Игнат в потусторонние силы, даже не смотря на пережитый им перенос во времени. В природу со всякими её катаклизмами — верил, даже в Бога верил. Именно — в Бога, а не разнообразным попам с их религиозным словоблудием, а вот в потусторонние силы — не верил.
— Тела принесли наши люди, которые охраняют крепость предков, — перевёл Тарлав, — они обнаружили их мёртвыми и принесли к дому, в котором они проживали.
— А почему они их так странно около дома положили? — удивился ответу Игнат.
— Чтобы новое солнце увидело тех, кому предстоит уйти навсегда под землю.
Так и крутился у Игната на языке вопрос: «И за каким хреном это солнцу нужно?», но он усилием воли заставил себя промолчать. «Души — предки забрали, восход — трупы разглядывает… — продолжал размышлять Игнат».
— А если я так же лягу с утра, как лежали они? — задал он вопрос после своих раздумий.
Невозмутимые до этого старейшина и шаман засмеялись сразу же, как только Тарлав перевёл его слова.
— Ты хочешь обмануть солнце? — перевёл Тарлав слова шамана.
«Ага, мечтаю, прям! — подумал про себя Игнат». То, что солнцу всё равно — живой человек или мёртвый, Кощеев
