Альтернативная история с попаданцами-зеками во времена Екатерины II. Правильно говорят: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Как шестеро совершенно разных людей могут оказаться в одном месте, а потом ещё и провалиться почти на 250 лет назад? Оказаться и провалиться могут. А вот что дальше? А дальше начинаются проблемы, с которыми нужно что-то делать.
Авторы: Решетников Александр Валерьевич
чернь?
— Может, господин комендант. Если правильно учить — может.
— Но многие будут недовольны, люди привыкли к э-э… К некоторой свободе.
— Каждый вечер с шести до десяти часов солдаты могут быть свободны. А с вечера субботы и до вечера воскресного могут быть свободны полностью, за исключением тех, кто дежурит. А офицеры пусть решают сами, где им проводить свои ночи, опять же — кроме дежурных.
— Ну, я не знаю даже. Как-то это непривычно.
— Томас Томасович, солдаты будут жить вместе в благоустроенных казармах, питаться в одной столовой, где за качеством еды будут строго следить. Так же следить будут и за их здоровьем, медицинские осмотры станут обязательными, что позволит предотвратить многие болезни. А для успешной учёбы есть площадки для стрельб, для манёвров, для шагистики. Есть учебные классы и мастерские. Через три года это будут грамотные и физические подготовленные люди, готовые передавать опыт молодым рекрутам.
— Ваше Сиятельство, что вы хотите от меня? — не выдержал комендант, — я понимаю, что это распоряжение генерал-губернатора… В чём заключается моя помощь?
— Заготовка леса силами солдат томского гарнизона. До лета нужно подготовить достаточное количество строительного материала. Кстати, как у вас обстоят дела с метеослужбой?
— Вопрос не ко мне, Ваше Сиятельство, но насколько я знаю, ведутся журналы и за погодой следят очень внимательно. А вам это для чего?
— Летом Томск превратится в большую строительную площадку, а знание основных направлений ветра в течение года, поможет правильно расположить все строящиеся объекты. Кстати, а у меня для вас сюрприз.
— Для меня, Ваше Сиятельство? — удивился комендант.
— Смотрите… Корней, заноси! — приказал Агеев одному из своих казаков, которые сопровождали его от самой Тюмени.
Казак занёс странный деревянный ящик и медную трубу, похожую на большой распустившийся цветок.
— Это что такое? — спросил комендант, в глазах которого горело неподдельное любопытство.
— Куда поставить, Ваше Сиятельство? — спросил Корней, кряжистый бородатый мужчина тридцати лет от роду, не отвечая на вопрос.
— Ставь на стол, — сказал комендант, быстро убирая с него документы и чертежи.
После того, как необычное приспособление было поставлено на стол, Агеев достал из коробочки тонкий золотистый круг диаметром около тридцати сантиметров с небольшой дырочкой посередине. Установил его в центр ящика, над которым возвышалась труба, покрутил ручку, что находилась сбоку ящика, и опустил на уже крутящийся золотистый диск иглу, прикреплённую к изогнутой трубке.
Услышал изумлённый комендант Томска и посмотрел на Агеева.
— Что это, Ваше сиятельство?
— Граммофон, Томас Томасович, прибор, способный передавать звуки.
Продолжала петь чудная конструкция.
— Но как она это делает? — продолжал изумляться комендант.
Агеев как мог, объяснил ему устройство и принцип действия данного аппарата.
— Это мой вам подарок, Томас Томасович! Данное изобретение стали производить в Тюмени совсем недавно. Как вам?
— Прекрасное изобретение, Ваше Сиятельство! Я очень благодарен вам за подарок! Скажите, а как дорого стоит этот…
— Граммофон, — подсказал Агеев. — Пять хороших фузей можно смело менять на этот инструмент.
— Дорогое удовольствие, Ваше…
— Томас Томасович, давайте меж собой без официоза, называйте меня по имени.
— Как скажете, Ва… Марсель Каримович.
— Вот и славно. Глядите, — и Агеев достал небольшую брошюрку, — вот инструкция, как правильно ухаживать и использовать граммофон. А вот вам ещё три диска, на них записаны другие песни, надеюсь, они вам понравятся.
— Благодарю Вас, Марсель Каримович, ещё раз!
Внимание нового
