Альтернативная история с попаданцами-зеками во времена Екатерины II. Правильно говорят: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Как шестеро совершенно разных людей могут оказаться в одном месте, а потом ещё и провалиться почти на 250 лет назад? Оказаться и провалиться могут. А вот что дальше? А дальше начинаются проблемы, с которыми нужно что-то делать.
Авторы: Решетников Александр Валерьевич
просил передать тебе.
С этими словами Кощеев достал красивый сундучок из красного дерева, примерно пятидесяти сантиметров в длину, и по двадцать в ширину и высоту, и подошёл к вдове. Внутри сундучка лежала куча всевозможных ювелирных украшений.
— Кореш сказал, что ты сама с этим разберёшься, и решишь что и куда…
— Спасибо, — ответила женщина и поцеловала его в щёку, а у самой по щекам потекли слёзы. — Игнат, я всё хотела у тебя спросить, что значит «кореш»?
— Кореш — это друг, товарищ, брат. Короче, верный и надёжный человек.
— А на каком это языке?
— На русском, Танюша, на русском.
— Но я нигде больше не слышала, чтобы так говорили по-русски.
— Ты много чего, девочка, не слышала, — и Игнат отвернулся, потому что на его глазах тоже навернулись слёзы.
— Татьяна Львовна, — снова заговорил Агеев, — если понадобится какая-нибудь помощь, то мы всегда будем рады вам её оказать. А пока возьмите эту папку. Тут документы, с которыми вам нужно будет ознакомиться и убрать подальше. Показывать их посторонним нельзя. А нам уже пора…
После слов Агеева все мужчины стали подниматься из-за стола и направляться к выходу. Проводив гостей, Татьяна Львовна Лапина до позднего вечера просидела в кабинете покойного супруга и изучала документы.
Марсель Каримович и Даниил Петрович сидели в удобных креслах в кабинете Агеева и, отхлёбывая из стаканов чай, вели разговор о наболевшем.
— Что-то слишком много мы в последнее время людей теряем, и охрана тормозит… У Мэри одного сотрудника убили, другого ранили; охрана Лапина и Казанцева прошляпила покушение, отреагировали только через пять секунд… За пять секунд можно на полста шагов убежать! Не был бы Тадеуш дебилом, имел шанс спастись. Чёртов завистливый придурок!
— Чего сейчас об этом-то говорить?
— Именно сейчас, Даниил! Для охраны нужно составить новые инструкции и всех на переподготовку и пожёстче с ними! Деньги-то получают не малые! Тренировки должны быть постоянными, отрабатывать все возможные и невозможные способы нападения и защиты. Кстати, что там с наручниками? Пришло время нашим агентам нормальные наручники иметь, а не подручным материалом пользоваться.
— Нет проблем с наручниками. Технология по их производству отработана, осталось только дать задание на выпуск…
— Пусть тогда для начала изготовят партию в триста штук, а там поглядим, — и Агеев что-то записал себе в блокнот. — Кстати, они у нас запатентованы?
— Конечно.
— Это хорошо, — покачал головой Марсель Каримович, и продолжил после небольшого раздумья, — а как обстоят дела с рациями и приборами ночного видения?
— Опытные образцы ещё очень «сырые». Дальность раций не превышает километра, да и неудобные они… Действие приборов ночного видения около десяти метров, — Даниил вздохнул, — тяжело всем сразу заниматься. Да и людей постоянно контролировать приходится… То вопросов много задают, то со всем миром хотят открытиями поделиться. Приходится таких носом в контракты тыкать. А кое-кого с небес на землю опускать и более радикальными методами.
— И что, много таких, которые желают на весь мир закричать: «Я Ленина видел!»???
— Мало, но есть… Вроде бы всё предварительно обговариваем, составляем контракты, объясняем, что тут не место для гласности, деньги хорошие платим… Проходит время, и в некоторых просыпается поп-звезда, желающая выступить перед миллионами. Самое смешное, что это в основном люди или из дворянской среды или иностранцы. Наши мастера, особенно те, кто с нами изначально дела начинал, сами за длинный язык могут любому голову оторвать… Понимают, что такое секреты и что их нужно беречь!
— Согласен, тяжело сразу всем заниматься. Тут ещё дети у каждого… Их как-то между собой нужно объединять более тесными узами, делать из них бойцов единой армии. А то после нашей смерти растащат все богатства кто куда. Вон, случай в Петербурге был… Один из наследников Демидова — Прокофий Демидов решил для простых людишек праздник устроить…
— И что? — Муравьёв с интересом взглянул на Агеева.
— Пятьсот человек умерло от перепития, вот что!!! На халяву потеряли чувство меры. Это никакой войны не нужно… И ведь не по злому умыслу, по доброте душевной сей господин решил народ таким образом осчастливить.
— Ничего себе! — Даниил был явно поражён этим случаем.
— Вот-вот, денег много, а что с ними делать — человек не знает, и начинает всякой дурью маяться. У Казанцева жена всё мечтает о Петербурге, и даже слышать не хочет, чтобы её детей,
