Альтернативная история с попаданцами-зеками во времена Екатерины II. Правильно говорят: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». Как шестеро совершенно разных людей могут оказаться в одном месте, а потом ещё и провалиться почти на 250 лет назад? Оказаться и провалиться могут. А вот что дальше? А дальше начинаются проблемы, с которыми нужно что-то делать.
Авторы: Решетников Александр Валерьевич
я первый вложусь в это дело. Второе, я не зря несколько лет обучался в Европе, поэтому мне по силам сделать механизмы, которые заменят десятки людей, что существенно снизит затраты на производство, а также увеличит количество выпускаемой продукции. Те из купцов, кто сейчас вложится в это дело, через пару лет смогут не только продавать намного больше кирпича, но и делать это с большей выгодой, устанавливая более приглядные, для покупателя, цены. Опять же, сами начнут активно строиться, подавая пример другим.
— Если вы так верите в успех, Алексей Петрович, то я тоже готов вступить с вами в товарищество. Производство кирпича сулит нам не плохие выгоды.
— Будут этому только рад, Михаил Иванович! Но и это ещё не всё.
— Да-да, слушаю.
— Одного кирпичного завода мало, я хочу ещё построить завод по производству строительного камня.
— Интересно, интересно.
— У меня есть проекты механизмов, которые смогут в больших объёмах производит строительный камень нужных форм и размеров. А это, как вы сами понимаете, и нужные нам дороги, здания, пристани, мосты. Тем более, как я слышал, вы, Михаил Иванович, выторговали себе каменного мастера, который сопровождал Марсель ибн Карима. Думаю, он во многом сможет помочь нашему общему делу. Я тоже из Европы привёз хорошего специалиста, вы его видели, такой белокурый юноша, Артур Маллер.
— Как же, как же, обратил внимание. Когда после ранения, Алексей Петрович, вы изволили восстанавливать силы в моём доме, то он приходил навестить вас. Однажды ожидая вашего пробуждения, этот юноша сидел в гостиной с моей младшей дочерью, которая любезно согласилась составить ему компанию. Речь зашла о художественном искусстве. Так вот, он попросил у дочери бумажный лист. И используя только угольки, довольно скоро нарисовал Дашеньку, как живую. Я позволил себе вставить сей портрет в рамочку и повесил в своей комнате. Чем же вы его соблазнили? Неужели в Европе не нашлось места для такого талантливого юноши?
— Увы, несчастная любовь. А я сказал, что в России не только самые красивые, но и верные девушки.
— Вон оно как! А я смотрю, вы хитрец, Алексей Петрович, — засмеялся Тихомиров, — теперь придётся искать ему невесту.
— Найдём! Никуда он не денется. Кстати, его умения художественными талантами не ограничиваются.
— Да-а! А что ещё?
— Хочу я, уважаемый, Михаил Иванович, ещё один заводик к тем двум пристроить с помощью Маллера.
— И какой же?
— Завод по производству красок. Он знает секреты красок для дерева, для тканей, для железа.
— Алексей Петрович, знаете, я очень рад, что именно вас Её императорское величество направила к нам на службу. А в Тобольск я поеду сам и постараюсь убедить Его превосходительство генерал-губернатора составить другой проект.
— Михаил Иванович, зачем зря тянуть время, ничего составлять не нужно. Мы с Артуром Рудольфовичем уже составили новый план, вот глядите, — и Казанцев (теперь Казанцев), достал из кожаной папки несколько листков и протянул его Тихомирову.
Это был план-чертёж строительства Тюмени, сделанный очень аккуратно и в красках, со всеми пометками и комментариями. Михаил Иванович некоторое время изучал документ, не скрывая своего восхищения.
— Думаю, имея этот план, мне легче будет убедить Его превосходительство продолжить строительство города по новому проекту.
Из-за весенней распутицы Агеев и Лапин вынуждены были примерно на месяц задержаться. Это время они активно использовали для знакомства с городом и его жителями, собирая все местные новости и слухи. Кощеев и Саблин занимались примерно тем же самым. Если Марсель и Иван вели разговоры преимущественно с купцами и больше о торговле, товарах и ценах, то Кощеев и Саблин охотно общались с солдатами, ремесленниками да дворовой прислугой тех же самых купцов или дворян. Маллер и Муравьёв пропадали за городом, изучая местные грунты и почву, определяя границы будущих заводов. Иногда им составлял компанию Казанцев. Вечером все семеро собирались вместе и анализировали полученную информацию. Жили они во второй половине двухэтажного дома, который принадлежал вдове купца Черепанова, погибшего во время пугачёвского бунта. Дом был довольно большой и просторный. Вдова и две её дочери с утра до вечера занимались домашним хозяйством и уходом за скотиной. Утро наших попаданцев привычно начиналось с гимнастики, а после неё шло изучение сабельного боя и рукопашных приёмов. Хозяйка гоняла дочерей, которые засматривались на поединки молодых мужчин, а потом украдкой наблюдала за ними сама и тяжело вздыхала. После завтрака Казанцев ехал на службу в воеводскую канцелярию.