И осень бывает в белом

слишком большие будут.
— Тоже верно, — согласился воевода.
— Глядите, Михаил Иванович, почему ещё я не хочу солдат для этого дела привлекать. Солдат, сражается с врагом в основном в поле, его главная задача, убивать врага. А полицейская силовая группа действует в основном в городе, им убивать никого не нужно, если только в самом крайнем случае. Им нужно задержать разбойников, стараясь не нарушать спокойствия жителей города. Бегать с длинным неудобным ружьём по городу, им ни к чему. Им придётся действовать в узких пространствах, где ружьё будет больше мешать, чем помогать.
— Как же ружьё им помешает?
— Сейчас объясню, а для этого расскажу вам два случая, один из мировой истории, а другому я лично был свидетель.
— Интересно, интересно.
— Первый случай, когда непобедимая македонская фаланга проиграла бой римскому легиону. Битва при Киноскефалах. Узкое и неудобное пространство на поле боя, в котором оказались фалангисты, не позволило им применить свои длинные копья, тогда как короткие мечи римлян оказались очень эффективны в ближнем бою.
— Но ружьё и копье, разные виды оружия.
— А вот для этого я расскажу вам историю, очевидцем которой был.
— Ну-ка, ну-ка, — в нетерпении заёрзал на стуле воевода.
— Один человек вооружённый кинжалом смог вывести из строя десяток солдат, которые ворвались с ружьями в дом.
— И как это у него получилось?
— Вот глядите, — с этими словами Агеев подошёл к двери и встал у её края так, чтобы вошедший его не видел, — если солдат забегает с ружьём в комнату, он сможет сразу в меня выстрелить?
— Нет, конечно, солдату нужно отойти в сторону, да и ударить штыком человека, который будет стоять, как вы, очень неудобно.
— Зато очень удобно наносить молниеносные удары кинжалом. Пока солдат держит ружьё двумя руками, человек с кинжалом может свободной рукой увести ствол оружия в сторону, а вооружённой рукой нанести удар. И прятаться за углами можно вечно, пули никакого урона не нанесут.
— И где же вы такое видели, Марсель Каримович?
— В Персии и видел. Солдаты понадеялись на свои ружья, но их никто не обучал вести бои в узких пространствах. Были бы у них пистолеты или небольшие сабли, то дело могло бы повернуться по-другому. Даже саблей неудобно работать в такой обстановке. Поэтому я и говорю, что нужна именно силовая полицейская группа, которую нужно обучать совсем по-другому в отличие от солдат. Я даже готов лично продемонстрировать вам, как находясь в помещении, легко смогу справится с несколькими солдатами, которые будут вооружены ружьями.
— Верю вам, Марсель Каримович, верю. А что ещё вы хотите сделать, для улучшения порядка в городе?
— Хочу обязать жителей нашего города, чтобы они на улицах, на которых проживают, установили через каждые пятьдесят шагов фонари единого стандарта. Чтобы по ночам тати боялись выходить на свет.
— С этим я, пожалуй, соглашусь. А патрульным отслеживать, чтобы фонари были и в тёмное время суток горели.
— Точно! Кстати, эту идею мне подал Его благородие Казанцев Алексей Петрович, а изготовить хорошие фонари взялся господин Маллер. Считаю, что этим делом должен заняться один человек. А то если поручить это нескольким мастерам, то и сделает каждый по своему разумению.
— Думаю, вы правы, — призадумался Тихомиров.
— А ещё, Михаил Иванович, я хочу запретить курить.
— Как запретить? Многие будут недовольны! — недоумённо посмотрел на Агеева воевода.
— Вы не так меня поняли. Запретить курить где попало. От курения часто бывают пожары. А у нас в городе сами знаете, и деревянных строений много, и сухая солома разбросана рядом с этими строениями. Какой-нибудь пьянчужка бросит сигаретку не потушенную, от сигаретки солома вспыхнет, а от соломы сарай и дом, а там глядишь, и полгорода уже горит…
— Ох ты, боже правый, — перекрестился воевода, представив эту картину.
— Нужно определить специальные места, где курильщики смогут спокойно сесть и покурить, не отравляя табачным дымом других. Вы знаете, Михаил Иванович, что курение очень вредно?
— Чем же оно вредно?
— Оказывается, курение очень вредит нашим лёгким, затрудняя дыхание, а так же ухудшает работу сердца. Вы знаете, что в Европе производят вскрытие тела умершего человека?
— Да разве же так можно? — недоверчиво посмотрел на Агеева воевода.
— Если причина смерти неясна, то с согласия родных, чтобы установить эту причину и производят вскрытие. Так же препарируют найденные трупы бродяг. Так вот, доктора заметили, что лёгкие у тех, кто не курил, нормального розового цвета. А у тех, кто курил, как будто деревяшки обугленные, и сердце похоже на испорченное