Идеальная жена

знал, как мало ей оставил Джек, и Сабрина старалась, чтобы никто не узнал. Какими бы недостатками ни обладал Джек, он умел скрывать свое неустойчивое финансовое положение. Она много потрудилась, чтобы потихоньку откупиться от кредиторов и оплатить его долги.
— А каково следующее условие? — холодно спросила она, надеясь отвлечь от финансовых вопросов.
— А, это самое интересное. О деловых предприятиях.
— Да?
— Я ломал голову, стараясь понять, какими делами может заниматься такая респектабельная дама, как ты. Я придумал несколько интересных, но маловероятных вариантов. Однако если я выскажусь сейчас, это может повредить нашим отношениям в будущем.
Он по-мальчишески ухмыльнулся, а она едва удержалась, чтобы не показать ему язык.
— Продолжайте.
— Я пришел к неизбежному заключению, что первое так называемое деловое предприятие, в котором ты или, лучше сказать, мы участвуем, связано с этой прогулкой в Египет. — Он сделал паузу. — Ведь мы направляемся в Египет, не правда ли?
Сабрина кивнула. Только ее раздражение помешало ей сразу же сказать, куда они едут. Она понимала, что как только он взойдет на корабль, это станет ему известно.
— Затем я сказал себе, — он задумался, глядя в потолок, — зачем такому очаровательному созданию, как леди Стэнфорд, ехать в Египет? Одной. Так внезапно и поспешно. Почему она не хочет никому, включая собственного ребенка, говорить, куда и зачем едет? — Он посмотрел ей в глаза. — Это настоящая тайна.
— И вы разгадали эту тайну?
— Еще нет. Но разгадаю, и, возможно, скоро. Конечно, если ты не предпочтешь рассказать мне сама. Ведь мы с тобой, — его глаза еще больше потемнели, — теперь муж и жена.
У нее перехватило дыхание. Его взгляд пронзал ее, манил, притягивал, покорял. Сердце трепетало, и она с трудом заставила себя отвести от него глаза. Сабрина сжала руки с такой силой, что ногти впились в ладони. Боль отрезвила ее, и когда она снова повернулась к Николасу, выражение ее лица было абсолютно безмятежным.
— Конечно, вы довольно скоро узнаете о цели нашего путешествия. И я не вижу необходимости объяснять вам что-либо сейчас. — Она с некоторой долей удовлетворения посмотрела на раскинувшегося на постели Николаса. По крайней мере здесь она взяла над ним верх. — Поэтому, если мы разобрались в ваших сомнениях… — она улыбнулась ему и кивнула в сторону двери, — убирайтесь.
Весело посмотрев на нее, он устроился поудобнее.
— Но мы еще не обсудили последний пункт нашего соглашения.
— Полагаю, из всех условий это легче всего понять.
— Я просто хочу окончательно убедиться.
— Ценю вашу настойчивость.
— Мне очень не хочется нарушать ни одного из твоих правил и условий. Как ты думаешь, они обязательны для брака по расчету?
Сабрина изо всех сил старалась не рассмеяться и сохранить на лице вежливую улыбку.
— Понятия не имею.
— И я тоже, — вздохнул он, как будто это имело решающее значение, — не уверен, что наш брак правильно называть браком «по расчету». В нем чертовски много неудобств!
Сабрина не знала, что ей делать — рассмеяться или швырнуть чем-нибудь ему в голову. Этот человек шутил с ней, подавляя ее сопротивление и разрушая линию обороны. С изумлением она почувствовала, что ей нравится этот словесный поединок. Вот почему Николас пользуется успехом у дам — надутый высокомерный граф Уайлдвуд, бесспорно, был очарователен.
Улыбка тронула уголки ее рта:
— Неудобства неудобствами, но вы согласились.
Насколько позволяла его поза, он пожал плечами.
— И это снова возвращает нас к последнему условию. Так вот, на что же я согласился? Ах, да, ты сказала, что не станешь делить ложе с человеком, которого не любишь.
Она кивнула, пытаясь догадаться, к чему же он ведет разговор.
— Очень хорошо. — Николас спустил ноги и в два счета очутился перед ней. Он опустился на колени и сжал ее руки. — Я люблю тебя! Всегда любил и буду любить тебя.
— Что? — Она пыталась вырвать свою руку. — Вы не можете говорить это серьезно!
— О, могу, дорогая. Как мне доказать тебе мою любовь? — трагическим тоном воскликнул он. — С той минуты, как я встретил тебя, я жил только, когда видел тебя. Твои волосы сотканы из чистого золота, твои глаза ярче самого…
— Николас! — Она расхохоталась и оттолкнула его. — Это похоже на хорошо заученную роль. Сколько раз вы говорили какой-нибудь бедной доверчивой женщине, что любите ее?
Он встал и улыбнулся.
— В этом году или вообще?
— Да вы ловелас! — рассмеялась она.
— К вашим услугам. — Он низко поклонился, взмахнув воображаемой шляпой. — Делай со мной, что хочешь.
— Я хочу, чтобы вы прекратили эти глупости и ушли, мне