Идеальная жена

давно не приходилось. Да я всегда предпочитал память, а не записи. — Он лукаво взглянул на нее. — Особенно по-французски. Я всегда находил, что даже самые невинные слова звучат более… откровенно, когда их произносят по-французски.
— Мэтт! Постарайся быть серьезным и не отвлекайся от дела.
— Ладно, — покорно вздохнул он. — Но я думаю, есть и другие дела, которыми мы могли бы заняться вместе, более интересные, чем это старое письмо.
— Возможно, Мэтт, и более интересные, — проворчала она, не обращая внимания на его намек и сосредоточенно вглядываясь в неразборчивый почерк, — но не такие полезные.
Она наклонилась над письмом, и они оба долго и внимательно изучали каждое слово, временами обмениваясь репликами. Мэтт согласился с выводом Сабрины относительно места, где могло бы быть спрятано золото. Корабль скрипел, создавая постоянный шум, заглушавший их разговор. Теперь Сабрина уже не обращала внимания на эти звуки. Через несколько минут она выпрямилась и потянулась. Мэтт поднял на нее взгляд.
— Ты говоришь, что не знаешь, где находится первая страница?
— Понятия не имею. Это все, что я нашла.
— Ладно, — медленно произнес он, — думаю, и этой достаточно. Полагаю, у нас хороший указатель к сказочному богатству королей.
Сабрина радостно рассмеялась:
— Мэтт, я давно не была так взволнованна. Куча золота, подумать только?!
С порога раздался насмешливый голос:
— И я, дорогая, не могу думать ни о чем другом.

— Ты когда-нибудь научишься стучать? — возмутилась Сабрина.
На пороге, мрачно улыбаясь, стоял Николас.
— Я полагал, что мы это уже обсудили. Не забывай, это моя каюта.
— Да, знаю. — Она бросила на него испепеляющий взгляд. — Твоя каюта, твой стол, твоя кровать…
— Моя жена.
От его ледяного тона дрожь пробежала по телу Сабрины, но его горящий взгляд был направлен на Мэтта Мэтт откинулся на спинку стула с вызывающе спокойным видом.
— По-моему, об этом всем известно, — резко ответила Сабрина.
— Отлично. Я уж подумал, что ты забыла. — Он перевел сердитый взгляд на нее. — Объясни, почему ты здесь с Мэдисоном наедине?
Сабрина теряла терпение, и раздражение ее росло. Не мог же этот человек думать, что в ее пребывании наедине с Мэттом было что-то неприличное? Она не давала ему никакого повода не доверять ей. И ревность уже не могла оправдать его возмутительные и оскорбительные подозрения.
— Нет, я не стану объяснять. Не вижу в этом необходимости. — Она кивнула в сторону Мэтта. — Я достаточно ясно объяснила, каковы мои отношения с Мэттом.
— О! — Мэтт понимающе улыбнулся. — Что же ты ему сказала?
Сабрина недовольно свела брови и взглядом приказала ему замолчать. Она повернулась к Николасу;
— Я сказала, какие именно чувства связывают нас. И у тебя нет никакого основания врываться сюда с видом ангела мщения или…
— Обманутого мужа? — с невинным видом подсказал Мэтт.
Николаса охватил неукротимый гнев. В его глазах пылала ярость. Сабрина никогда еще не видела его в таком состоянии и чувствовала, что он почти не владеет собой. От дурного предчувствия у Сабрины заныло под ложечкой.
— Да, моя дорогая, ты объяснила мне, каковы твои чувства к этому человеку. Однако мне неизвестно, какие чувства он питает к тебе. Более того, я подозреваю, что в таких делах он не заслуживает доверия.
Сабрина быстро перевела взгляд на Мэтта. Не мог же он принимать оскорбления Николаса всерьез? Мэтт спокойно сидел на своем месте.
— Вы как будто обвиняете меня в бесчестном поступке.
Его небрежный тон противоречил стальному блеску глаз. Беспокойство Сабрины возрастало с каждым их словом. Николас презрительно поднял брови:
— Признаюсь, ты удивляешь меня. Не ожидал, что ты настолько проницателен, чтобы понять, что я хотел сказать.
— Николас!
Его слова испугали Сабрину. Несмотря на долгую дружбу с Мэттом, она боялась, что он не потерпит оскорблений. У нее все внутри сжалось от страха. Дружба дружбой, а Мэтт мог быть очень опасен.
Мэтт выпрямился и встал, его ленивые движения резко контрастировали с его взглядом, мрачным, гневным и угрожающим.
— Я объясню тебе раз и навсегда, Уайлдвуд. Мы с Бри знаем друг друга уже много лет. Одно время у нас были деловые отношения. Мы чувствовали симпатию друг к другу. Я любил ее как…
Голос Мэтта звучал удивительно спокойно, холодно, сдержанно. У Сабрины мелькнула надежда на мирное разрешение этого неожиданно возникшего конфликта.
— Да-да, знаю, — нетерпеливо перебил Николас, — как родную сестру.
— Именно так, — подтвердил Мэтт.
Николас насмешливо фыркнул.
— Для