Идеальная жена

своей матери, — сказал Николас. — Однако боюсь, вы приехали слишком поздно.
— Николас, — резко перебила Сабрина. Этот разговор принимал нежелательный оборот.
Белинда побледнела:
— Слишком поздно?
— Да, — с огорченным видом покачал Николас головой. — Если бы я только знал, как ты беспокоишься, я бы сдержался. Как теперь…
— О Боже. — Белинда покачнулась.
— И насколько я помню, — пожал плечами Николас, — твоя мать не особенно возражала против моих ухаживаний.
— Черт, — вырвалось у Сабрины.
Белинда открыла рот, и Эрик, бросившись к ней, поддержал ее за талию.
— Отец, тебе не следовало говорить ей такие вещи. Она очень нежная натура.
Николас усмехнулся:
— Прости. Я не знал. Думал, что она как… ну… такая же крепкая, как ее мать.
Сабрина стиснула зубы. Николас представлял собой образец детской невинности. Он заложил руки за спину, приятная улыбка сияла на его лице, и ей показалось, что она слышит, как он напевает: «О, погубил он меня».
Белинда жалобно вскрикнула и покачнулась. Сабрина не выдержала:
— Он женился на мне.
— Женился? — Белинда быстро оправилась от надвигавшегося обморока. — Ты теперь графиня Уайлдвуд? — Обескураженная, она повернулась к Николасу: — И вы теперь мой…
— Отчим. — Привычным жестом Николас взял ее руку и поднес к губам.
— Отлично, отец, — улыбнулся Эрик.
— Какой удивительный сюрприз, — слабым голосом произнесла Белинда,
Она отняла руку и с упреком посмотрела на мать.
— Но, мама, ты была маркизой, а теперь будешь всего лишь графиней.
— Господи, Белинда! — возмутилась Сабрина.
Как мог ее ребенок оказаться таким заносчивым снобом?
Белинда смутилась:
— Но, мама, я честно сказала то, что думаю. — Она взглядом попросила у Николаса прощения. — Она на самом деле променяла более высокий титул на более низкий, — старательно объясняла Белинда. — Она была маркизой…
— А теперь она — моя жена, — перебил Николас с довольной улыбкой. — Думаю, если спросить ее, она скажет, что вполне удовлетворена своей… так сказать, сделкой.
— Это правда, мама? — с беспокойством спросила Белинда.
Сабрина посмотрела на мужа и с удивлением увидела тот же вопрос в его глазах. Сердце ее дрогнуло. Может быть, он все же любит ее? Не спуская глаз с мужа, она ответила дочери:
— Да, дорогая, я довольна. Очень довольна!
Этот человек, повторявший слова любви многим женщинам бессчетное количество раз, вероятно, никогда не скажет их так, как ей бы хотелось. Он просто не умеет этого. Но она подозревала, что где-то в глубине его души тлеет искра зарождающегося чувства. Об этом говорили его глаза.
— Николас! Я знала, что мы все-таки догоним тебя. — Сияющая Уинни подбежала к ним и поцеловала брата в щеку. — И в Италии… как это интересно! У нас были восхитительные приключения, даже не могу рассказать тебе…
— Мы уже слышали немного об этих приключениях, — Усмехнулся Николас, — и, кажется, еще более восхитительные ожидают нас в будущем.
— Правда? — Брови Уинни подпрыгнули выше золотой оправы ее очков. — Не представляю себе, случившееся с нами никому не доставило удовольствия Конечно, бедный Эрик чувствовал себя неважно. И милая Белинда не радовалась так, как можно было бы ожидать от девушки ее возраста. Однако я… — Уинни посмотрела на Сабрину. — Леди Уинфилд, я полагаю, вы лучше других понимаете всю увлекательность приключений.
— Почему вы так думаете? — осторожно спросила Сабрина.
Уинни пожала плечами.
— Но это же очевидно, дорогая. Во-первых, вы неожиданно отправились в таинственное путешествие в древнюю страну. Затем вы неожиданно вышли замуж за человека, которого почти не знаете…
— Так ты уже слышала об этом? — улыбнулся Николас. Уинни кивнула на Саймона:
— Этот джентльмен был так добр, что рассказал мне. Должна признаться, я была несколько удивлена.
— Ты же предполагала, что я когда-нибудь снова женюсь, — заметил Николас.
— Конечно, я на это надеялась, — вздохнула Уинни. — Но когда это случилось, я не думала, что ты женился на… э-э… ком-то таком.
— Простите, что перебиваю, — с сарказмом сказала Сабрина, — но мне надоело, что люди обсуждают меня, как будто я отсутствую. Итак, что же вы подразумеваете под «кем-то таким»?
— Дорогая, я ни в коей мере не осуждаю. Наоборот, я вами восхищаюсь. Я уже говорила, что вы любите приключения и все неожиданное. Ваше решение взять в мужья Николаса подтверждает, что вы любите преодолевать трудности.
— Едва ли меня можно назвать трудностью, — обиделся Николас. — На брачном рынке меня всегда считали завидным женихом.
Сабрина и Уинни переглянулись.
— Возможно,