Идеальная жена

она подняла его руку, медленно поднесла к своим губам и провела его пальцами по своей нижней губе, по-прежнему глядя ему в глаза. Ее жест завораживал и возбуждал его. Кровь вскипела в его жилах, из груди вырвался стон, все добрые намерения растаяли от ее ласки.
Он снова заключил ее в объятия и прижался к губам.
— Ты понимаешь, что я не женюсь на тебе.
— Нет, капитан, — чуть слышным шепотом ответила она, — это я не выйду за вас замуж.
На мгновение он застыл, затем отпустил ее и отступил на шаг.
— Ночью я буду в своей каюте.
Она ответила невозмутимой улыбкой, как будто между ними не произошло ничего, кроме веселого разговора. И только волнение, отразившееся в ее глазах, говорило о другом.
— Значит, мы с вами встретимся позже, капитан. Она вежливо кивнула ему. Мэтт слегка наклонил голову, повернулся и ушел. Неутоленное желание причиняло мучительную боль, а до вечера оставалось еще несколько долгих часов. В голове звучали ее слова: «Нет, капитан. Это я не выйду за вас замуж». Что она хотела этим сказать, почему он думал об этом и почему это его волновало?
— Николас… мы не можем… мы не должны… не здесь… — В приступе страсти пыталась протестовать Сабрина.
Николас целовал ее в шею.
— Сегодня на этой палубе никого нет, любовь моя. Никто, кроме луны и звезд, не увидит нас. — Он нетерпеливо спустил рубашку с ее плеча, и дрожь пробежала по ее спине.
— Господи, Николас, как я соскучилась по тебе! Она просунула руку в ворот его рубашки и пробежала пальцами по его покрытой волосами крепкой груди. От ее прикосновения мускулы на его груди напряглись, и он тихо вздохнул:
— Сабрина!
Он привлек ее к себе, зажав ее ладони между их телами. Охваченная страстью, она прижалась к нему. Их разделяла только одежда. Он распахнул ее рубашку и, освободив груди, жадно припал к ним губами. Она чуть не задохнулась от сладостного ощущения и еще теснее прижалась к нему, сгорая от желания и требуя все большей и большей близости.
— Николас… не могли бы мы… здесь… сейчас?
— Сабрина… как мы можем удержаться?
Он нащупал шнуровку на ее талии. К счастью, пояс развязался, и он, просунув руку под ее бриджи, добрался до влажной мягкой плоти между ее бедрами. Сабрина застонала, задыхаясь от сжигающей ее страсти.
— Черт, Билли, капитан у нас не таков.
Голоса раздались совсем рядом, на них словно вылили ведро воды, и это охладило их страсть. Нельзя, чтобы их застали здесь в таком виде, как спаривающихся животных!
Первым опомнился Николас и стал поправлять одежду Сабрины. Она, опустошенная от неутоленного желания, могла только опереться на него. Матросы, проходя мимо, едва взглянули на них, слишком поглощенные обсуждением капитана, недовольного каким-то мелким происшествием.
Сабрина слабо улыбнулась и поправила растрепанные волосы.
— Боюсь, я уже не та сдержанная леди, которую ты выбрал в жены.
Он раздраженно вздохнул:
— Черт побери, Сабрина, мне необходимо быть с тобой наедине.
— Кажется, последнее время на корабле стало довольно тесно.
— Эрик занял мою каюту, лежит почти без сознания, и к тому же слаб, как котенок. У тебя расположились дочь и моя сестра. Только у этого проклятого Мэдисона отдельная каюта.
— Так он же капитан…
Капитан, который, как подозревала Сабрина, не проводил ночи в одиночестве. Накануне поздно вечером она видела, как Уинни, думая, что все крепко спят, тайком выскользнула из каюты. Вернулась она только на рассвете. Весь день Уинни бродила по кораблю с таинственной улыбкой на лице и отрешенным взглядом. Что касается Мэтта, то всякий раз, когда она подходила к нему, вид у него был неприветливый и озабоченный; он явно был на самого себя не похож. Сабрина была уверена, что между ними что-то происходило и что даже намек на эти подозрения вызовет у Николаса бурю негодования.
— Ты хорошо его знаешь, не так ли?
Его неожиданный вопрос прервал ее размышления
— Что?
— Мэдисона, — раздраженно пояснил Николас. — насколько хорошо ты его знаешь?
— Мэтта? Ну… — Она осторожно подбирала слова. — Мы старые друзья. Хотя я не видела его несколько лет, я высоко ценю его. Он как…
— Знаю, знаю, как брат. Мы уже говорили об этом. — Его тон смягчился, и он посмотрел на звездное небо. — Он называет тебя Бри.
— Детское имя. Американцы очень любят называть членов семьи уменьшительными именами.
— Оно идет тебе. — Он помолчал. — Но ты была связана с ним какими-то деловыми отношениями, или я ошибаюсь?
Он задал свой вопрос равнодушным тоном, словно ответ не имел никакого значения. Холодок пробежал у нее по спине. Он хотел получить нечто большее, чем простой ответ на этот внешне невинный вопрос.
— Ах, Николас, —