Идентификация Борна

ее там – она была в этом уверена. Но приглашение ее к телефону может быть чем-то еще. Они давно ушли?
– Меньше пяти минут назад. Двое мужчин в «Ситроене» последовали за ними.
– Женщины поехали в вашей машине?
– Нет, жена вызвала такси.
– Я собираюсь поехать туда же.
– Возможно, вы правы. Я знаю адрес этой церкви.
Борн протянул пятидесятифранковую банкноту через спинку сиденья, и водитель ловко схватил ее.
– Для меня это очень важно. Я опоздал сюда, а теперь мне необходимо как можно скорее попасть в Нейл-сюр-Сьен, в церковь Святого Причастия. Вы знаете, где это?
– Конечно, месье. Это самая красивая церковь в этом районе.
– Поезжайте быстрей, и вы получите еще пятьдесят франков.
– Мы будем лететь на крыльях святых ангелов, месье!
Машина с бешеной скоростью понеслась вперед.
– А вот и купола Святого Причастия, месье, – с победным видом проговорил водитель через двенадцать минут, указывая на три высокие каменные башни впереди. – Еще минута или две, если какой-нибудь болван не перекроет нам путь.
– А сейчас можно помедленнее, – прервал его Борн, внимание которого было привлечено не церковными башнями, а машиной, едущей с разрывом в три машины перед ними. Они повернули за угол, и он внимательно взглянул на нее сбоку. Это был серый «Ситроен», на переднем сиденье которого находились двое мужчин.
Они выехали на широкий участок дороги, когда зажегся красный свет: Движение замерло. Джейсон протянул водителю пятьдесят франков и открыл дверь.
– Я буду рядом, – сказал он. – Когда загорится зеленый, медленно поезжай вперед, а я сяду на ходу.
Борн быстро покинул такси и, пригибаясь, пробежал вперед между двумя стоящими машинами, пока не заметил буквы NPR и следующие за ними фигурные цифры 7-6-8, что в данный момент уже не имело большого значения. Водитель такси честно заработал свои сто франков.
– Вы отличный водитель, – похвалил Борн шофера.
– Мне непонятно, что за работу я выполняю.
– Это серьезное дело. Оно требует, чтобы все было схвачено на месте и при свидетелях.
– Теперь в церковь, месье? Я привык к быстрой езде.
– Но только не на оживленной трассе, – буркнул Борн.
Они приблизились к последнему повороту, после которого дорога направлялась прямо к церкви. «Ситроен» совершил поворот. В единственной машине, которая оставалась между ними и «Ситроеном», было трудно разглядеть пассажиров. Что-то обеспокоило Джейсона. Присутствие двух людей в сером «Ситроене» было таким открытым, таким вызывающим, точно они хотели показать кому-то, следовавшему за ними в машине, что строго следуют полученным инструкциям.
Конечно! В машине должна быть мадам Вилье и… Жакелина Лавьер. И двое людей в «Ситроене» хотели, чтобы жена генерала Вилье знала, что они находятся рядом с ней.
– Вот это и есть Святое Причастие, – сообщил водитель, выезжая на улицу, откуда была видна церковь со всеми подъездными и пешеходными дорожками, выложенными камнем. – Что мне делать дальше, месье?
– Подъезжай вон к тому месту, – показал Джейсон на свободное пространство в цепочке стоящих у обочины машин.
Маленькое такси, в котором приехали мадам Вилье и Жакелина Лавьер, остановилось перед дорожкой, ведущей к месту почитания определенных святых. Изумительно выглядевшая жена Вилье вышла первой, протягивая руку Лавьер, которая появилась с пепельно-бледным, словно у изваяния, лицом. На ней были большие темные очки в оранжевой оправе, а в руке белая сумка, но, несмотря на это, она уже потеряла свою былую элегантность. Жакелина находилась от него почти в трехстах футах, но Борн заметил, что она тяжело дышит.
Серый «Ситроен» подъехал вслед за такси и замер у обочины. Никто из сидевших в нем не вышел, но рядом с капотом, сверкая на солнце, стала подниматься тоненькая металлическая игла. Антенна была приведена в готовность, посылая шифрованные сигналы на определенной частоте, известной лишь немногим. Джейсон был загипнотизирован этим зрелищем и чем-то еще. К нему снова пришли непонятные слова, и он не мог определить, откуда они взялись.
«Дельта Атлантику, Дельта Атлантику. Отвечать не будем. Повторите, прием.
Атлантик Дельте. Вы будете отвечать, как приказано. Отключайтесь, конец.
Дельта Атлантику. Вы уже закончили. Уходите. Дельта уходит. Оборудование уничтожено».
Темнота неожиданно вновь окружила его со всех сторон, солнечный свет исчез. Не было ни церкви, ни неба, в которое упирались башни. Вместо этого появились низкие облака. Все вокруг двигалось вместе с ними, и он должен был двигаться вместе с остальным. Остановка была равносильна смерти! Движение! Двигайся! Ради спасения всего, двигайся! И