Игра богов

друг мой, исключительно бдительность.  — Друг? Мы уже успели подружиться?  — А разве нет? Сражались друг против друга? Сражались. Бились вместе с общим врагом? Бились.  — С твоей логикой сложно поспорить. — улыбнулся он.  — То-то же, Сиятельный, или как тебя там.  — Э, нет. Я сменил имя, — бог смутился.  — С чего бы?  — Это в моем мире такие имена звучат красиво и гордо, а вот в других оказалось все несколько иначе…  — И как ты теперь называешься?  — Герол Грозный.  — Грозный?  — Да.  — Ты серьезно?  — Возможно.
Мы не выдержали и рассмеялись. Надеюсь, он шутит. А то сменить Сиятельного на Грозного… Да, от шуточек парню теперь не отделаться.
— Так что ты тут делаешь? — задал я вопрос, — Неужели опять подраться пришел со мной?  — Да нет. Думаю, то же, что и ты.  — Я пришел за черноликим.  — Вот оно как… И зачем он тебе?
Я задумался… А действительно, зачем? Месть? Предотвратить угрозу? Совместить приятное с полезным?
— Скажем так, к нему есть ряд вопросов, ответы на которые я собираюсь получить.  — Убивать будешь? — спросил Герол.   — По возможности. А ты что, не хочешь с ним поквитаться?  — Да сдался он… Ничего плохо лично мне он не сделал.  — А убийство вашего Гласа?  — Да пошел он. Тот еще тип был.  — Смотрю, в вашем стане не все так гладко?  — Вообще-то, это секретная информация. Но да, ты прав. После его смерти началась борьба за власть. Как понимаю, в фракции Тьмы всем сейчас ты заправляешь?  — Да. — честно ответил я, не считая нужным скрывать.  — Вот… А у нас разброд. Жизнь признала меня Вестником, но этот Кравец, будь он проклят, не захотел делиться властью.
Судя по реакции Герола, для него эта тема неприятна. Представляю, какой там сейчас замес идет без централизованной власти. Наверняка не шуточные интриги плетутся.
— Есть идеи, куда идти? — спроси я.  — Я думал ты знаешь, вот и нашел тебя.  — Тогда пошли вперед.
В этот раз Герол был одет в другой доспех. Предыдущий долго не протянул. Сейчас его окутывала черная броня с вкраплениями золотого. Смотрелось стильно и… грозно. Вот уж действительно, Грозный.
Доспех не божественного уровня. А вот меч, походу дел,а да. В этом клинке ощущалась Сила, да и сам факт того, что оружие смогло пережить пару божественных схваток уже о многом говорим.
— Как ты выбрался из схватки с черноликим? — спросил я, когда мы пошли дальше, пробираясь через скалы.  — А чего тут сложного. Ты же знаешь, что меня не так просто убить, — Герол улыбнулся, выпятив грудь вперед. Он явно гордился этим фактом. Походу дела слишком явно. — Когда пришла твоя богиня и отправила мир во Тьму, тогда и слинял. Уж слишком жарко стало.  — Так ты слышал, про что они говорили? — уточнил я.  — Про жнеца и жатву?  — Именно.  — Да, слышал, — еще одна усмешка. Я пока не понял, это он излишне самоуверенный и жизнерадостный по жизни или прикалывается? — Странная тема. Мне так и не удалось найти никакой достоверной информации. Все эти древние легенды о конце… Чепуха.  — Почему так думаешь?  — Слишком пафосно, чтобы быть правдой.  — Как скажешь, Грозный.  — Эй! Это сейчас на что намек был? — возмутился бог.  — Да так… — я не ответил, и пошел дальше.
Пейзаж поразительно уныл и однообразен. Первые несколько часов еще можно было умудриться испытать восхищение скалистыми переливами, но картинка быстро приедалась.
Единственное, что разбавляло каменное царство, это ставшие попадаться все чаще аномалии. Большая часть из них выглядела как спятившие инсталляции художников абстракционистов. Скалы сплетались в подобие гигантских муравейников. В одной из таких сфер я нашел второй тип аномалий — пустоту. Обрыв в пространстве. Провались туда и окажешься… неизвестно где. Если, конечно, твою глупую тушку не развеет на атомы по всей вселенной.
Не сговариваясь, мы решили с Гером обходить такие места. Будь ты хоть сколько богом, но есть подозрение, что и нам лучше оставаться аккуратными.
— Олег, а у тебя нет ощущения, что нас специально привели сюда?  — В смысле?  — Все эти события… Не знаю, как складывалась твоя жизнь, но меня не покидает чувство, что в моей ничего не было случайностью.  — Я понимаю о чем ты. У меня есть такое же ощущение.  — Правда? Тогда это еще более странно и подозрительно. Вот в веер миров явилось четыре Вестника. Одновременно, что само по себе удивительно. А тут еще этот черноликий с обещанием жатвы.  — К чему ты клонишь? — прямо спросил я.  — Может, нас здесь всех собирают, чтобы мы с ним сразились? Ведь втроем мы с ним бились на равных. Будь с нами четвертый Вестник Света, глядишь и победили бы.  — Свет отказался откликнуться на предложение совместной охоты.  — Это не удивительно. Вы ведь Тьма, а они Свет.
Ну да, этим все сказано. Антагонисты на уровне инстинктов не любили друг друга.
— По твоей