В канун 1941 года на военном аэродроме совершает жесткую посадку авиалайнер из XXI века. Выжившие ‘попаданцы’ рассказывают страшные вещи — и о скором нападении Гитлера, и о катастрофическом начале войны, и о грядущей гибели СССР. Сталину предстоит сделать сложнейший выбор…
Авторы: Ходов Андрей
работу между подчиненными, предварительно их проинструктировав. После чего вызвал к себе Вадика Иванова.
— Опять фитиль получил, — сообщил Сергей Вадику, когда тот появился.
— Еще один? Это уже, как говорится, тенденция. А за что на этот раз?
— За низкое качество легендирования. Среди ученых умников, видите ли, слушки сомнительные ходят. Мол, то ли СССР с марсианами сотрудничает, то ли машину времени мы изобрели. Отсюда и сведения странные, которые мы ученым и конструкторам передаем. Марсиане-то ладно, этот слушок я сам ненароком запустил. А вот насчет машины времени Берия не понравилось, сам понимаешь. Подумай на досуге, что тут можно сделать. Может легенду доработать, может контрслухи какие запустить или еще чего.
— Подумаю, — не стал спорить Вадик. — Это все или что-то еще?
— По делу все, а еще мне за позавчерашнее мероприятие хвост накрутили. Мол, нарушение субординации, выразившееся в совместной пьянке с подчиненными, затея гнилая.
— Но результат-то был неплохой, — возразил Вадик.
— Результат-то может и неплохой, но в дальнейшем эти самые мозговые штурмы придется проводить всухую. Во избежание….
— Кто-то стучит?
— Ясное дело, — скривился Сергей, — без этого у нас никак. Этим нас не удивишь. Но настроение начальства меня последнее время беспокоит, нервное оно какое-то. И речь не только о Берия. И не только о начальстве. Все дерганые стали. Что-то назревает. Или война, или очередные внутренние перетрубации.
— М-да, — Вадик вытянул из кармана пачку папирос и взглядом попросил разрешения закурить.
Сергей кивнул, — кури, я с тобой тоже подымлю.
После пары затяжек Вадик продолжил. — Я хоть с начальством не общаюсь и из Усадьбы не ногой, но тоже нечто такое ощущаю. Достаточно газеты почитать. Кстати, ты сегодняшние смотрел?
— Нет, некогда было. А что там?
— Позавчера американский флот потерял в Атлантике сразу два линкора. Видимо германские подводные лодки утопили.
— Два сразу? Быть того не может! Тут и один-то потерять большой скандал. А что за линкоры? И как это произошло?
— «Нью-Йорк» и «Арканзас». Я специально посмотрел в справочнике, корабли не новые, построены еще перед той мировой войной. Но новых они на патрулирование в Атлантику и не посылают, видимо берегут. А потоплены где-то в районе Исландии на самой границе объявленной зоны ответственности.
— А что они там делали?
— Известно что, обеспечивали выполнение режима эмбарго. Только совершенно непонятно почему для этого линкоры понадобились, да еще в паре. А атака была ночной, кто там ночью будет разбираться, чьи это корабли и что им возле Исландии понадобилось.
— Понятно. А что американское правительство? Об этом написано?
— Возмущено, само собой. Мол, неспровоцированная агрессия, мл, мы не потерпим. Рузвельт вчера обратился к конгрессу, опять требует объявить Германии войну.
— А что конгресс решил? Объявили войну?
— Пока еще нет, обсуждают.
— Да уж, — Сергей стряхнул пепел в настольную пепельницу. — Какие дела творятся. Да еще эти неопознанные самолеты над нашими нефтепромыслами.
— А что за самолеты? Ты о чем? — заинтересовался Вадик.
Сергей вкратце рассказал о сегодняшнем задании Берия, а заодно и о разговоре с инженером.
— Понятно теперь почему начальство мандражирует, и почему нас дергает. Дело идет к тому, что теперешняя европейская заварушка и у нас тоже плавно перерастет в мировую войну. Вот и не интересует начальство то, что может пригодиться через двадцать тридцать лет. Вынь ему и положь то, что можно пустить в дело немедленно.
— Может ты и прав, — не стал спорить Сергей. — Возможно действительно в этом дело. Наверху всяко информации больше. Мы тут по обрывкам, по отдельным эпизодам умозаключения делаем, что серьезные дела начинаются. А у них там виднее. Слушай, если все же война закрутится, то нас еще больше дергать будут. Давай уж сразу прикинем, что именно от нас будут требовать, и как нам организовать все так, чтобы и дело делать хорошо и лишний раз на неприятности не нарываться.
Глава 19
Нынешней жизнью Николай Иванович был, в общем-то, доволен. Дачка попалась уютная, от бытовых забот его полностью освободили, неплохо кормили. Природа вокруг, рыбалка опять же. Правда последние дни выдались дождливыми, и кости ломить начало. Так и очередной ревматический приступ не дай бог приключиться может. А о бициллино-профилактике в этом времени и не слыхали. Толковых противовоспалительных препаратов на вооружении местных медиков тоже не наблюдается. Как удалось выяснить, с острыми ревматическими воспалениями тут борются приемом