Игра на выживание. Тетралогия

В канун 1941 года на военном аэродроме совершает жесткую посадку авиалайнер из XXI века. Выжившие ‘попаданцы’ рассказывают страшные вещи — и о скором нападении Гитлера, и о катастрофическом начале войны, и о грядущей гибели СССР. Сталину предстоит сделать сложнейший выбор…

Авторы: Ходов Андрей

Стоимость: 100.00

  Именно поэтому в Советском Союзе и пытались по возможности разделить конкретную услугу и человека ее оказывающего. Например, в том же «доме быта» между клиентом и мастерами обычно находился посредник в лице приемщика заказа.
  Особого удивления его рассказ у «пожарных» не вызвал. Один из них, ранее представленный как Игорь Ильин, явно обладающий абсолютной памятью (он уже не в первый раз цитировал как по писанному), заметил, что все это давно известно и без обезьян. Что еще Лев Толстой подметил, что рабами являются «…и все бесчисленные лакеи, повара, горничные, проститутки, дворники, банщики, гарсоны и т.п., которые всю жизнь исполняют самые несвойственные человеческому существу и противные им самим обязанности». А, закончив цитату, Игорь Ильин усмехнулся и добавил, что некоторые руководящие товарищи уже сейчас испытывают немалые трудности с поиском горничных и домработниц. И это хорошо, поскольку советскому человеку прислуга не нужна. А в дальнейшем, по общему мнению членов их группы, советскому человеку не понадобится и прочая профессиональная обслуга. Есть, мол, у них идеи на сей счет.
  Николай Иванович тогда только недоверчиво хмыкнул, но спорить не счел нужным.
   Дальше лидер «пожарных» перевел разговор на времена Горбачева. И опять его интересовали не предательские маневры высшей элиты СССР, и не вылазки националистов и даже не происки ЦРУ. Николая Ивановича принялись трясти на предмет поведения так сказать широких народных масс. В смысле, как вообще получилось, что за советскую власть практически никто не вступился. Разговор получился весьма нелицеприятный, поскольку собеседники требовали в числе прочего изложить и его собственные впечатления, побуждения и действия. С первой часть особых проблем не возникло. Рассказал об антиалкогольной кампании, дефицитах на пустом месте, талонах, голых полках в магазинах, кликушествующем гуру Кашпировском, водящем по воздуху руками шамане Чумаке, взбесившейся творческой интеллигенции, несущей всякий бред с телеэкранов, брякающих касками шахтерах, выдвигающих заведомо невыполнимые требования. О нарастающем ощущении полной иррациональности бытия. Вспомнил, кстати, о карго-культах, существующих у некоторых народов, которые с идиотским упорством ждут прибытия белого корабля, набитого халявным барахлом. Спроецировал это на дурные ожидания советских граждан, понятное дело, в дальнейшем обломавшиеся.
  Но вот переход на личности…. Это было тяжело. А что он тогда в Перестройку реально мог сделать? Когда все вокруг поголовно спятили и ждали галушек с неба? Когда секретарь их заводской парторганизации нес какую-то пургу, на корню зарубая любые поползновения выступить против политики Горбачева? Что он тогда мог сделать? Выйти на площадь и плакатиком махать? Так толку с того, тогда все махали, кому не лень. Или взять автомат и пойти стрелять «демократов»? Так не было у него автомата, даже ружья охотничьего не было.
  В общем, нервы Николаю Ивановичу взвинтили основательно. Хорошо хоть собеседники, в конце концов, заметили, что он на взводе и сочли за благо закончить свой допрос. Сказали, мол, завтра продолжим.
  Николай Иванович заткнул пробкой пузырек с валерьянкой. После чего уселся за свой рабочий стол, достал лист бумаги и начал рисовать на нем схему. В смысле, кто есть кто в команде товарища Векшина, какие роли выполняет, в чем конкретно силен и так далее. Начальство надо знать.
  С товарищем Векшиным и так было ясно — лидер, координатор, а заодно и аналитик. Игорь Петрович Ильин — скептик и педант, юрист по образованию. Генератором идей в команде явно является Афанасий Николаевич Синебрюхов. Андрей Аристархович Пенкин видимо рабочая лошадка, то есть реализатор и доводчик. С пятым не совсем ясно, Иван Иванович Окунев больше помалкивал.
  Закончив, Николай Иванович долго смотрел на получившийся результат, потом подошел к раковине и подпалил бумагу. Дождавшись, когда она догорит, включил воду и смыл пепел в канализацию.
  
  Глава 5
  
  Сергей скрипнул зубами. — Товарищ Векшин, мы не медлим! Мы работаем в соответствии с планом-графиком, утвержденным товарищем Берия. Немедленно пустить в дело все, что имеется в нашем архиве — физически невозможно. У страны просто не хватит на это ни денег, ни ресурсов, ни подходящих кадров. А по многим вещам в настоящее время не имеется и научно-технической базы. На создание этой базы уйдут десятилетия. Если вы считаете, что какие-то позиции следует ускорить — давайте обсуждать конкретно. Вместе и посмотрим, что там можно сделать и за счет чего именно. Тогда возможно и откорректируем график.
  — И этот график всегда выполняется? — с улыбкой