Игра на выживание. Тетралогия

словоблудием. Вот получилось, что защищать Элладу в Фермопилах кроме Леонида и его воинов оказалось практически некому, у всех прочих «защитников» почему-то нашлись другие неотложные дела.
  Персы, теперь как никак республика СССР, были показаны неплохо. Жесткое государство, конечно, но вполне по тем временам цивилизованное и не слишком кровожадное. И армия у нее явно не дикая орда, а вполне достойная, пусть и испытывающая определенные сложности с передовой тактикой, а, учитывая, где велись сражения, еще и с логистикой. Ну и численность ее тоже была вовсе не два с половиной миллиона, как утверждала греческая пропаганда в лице Геродота, а от силы тысяч сто, если не меньше. Причем большую часть армии составляли греческие же войска, набранные в контролируемых персами или союзных им полисах.
   Но специалистом по истории Сергей, разумеется, не являлся, поэтому определить, где сценаристы ее переврали, не мог. Тем более что картина была ориентирована на молодое поколение, и требовать от нее полной исторической достоверности было бы смешно.
  Но народ ломился в кинотеатры не только и не столько в желании посмотреть на суровых греческих гоплитов на фоне красивых средиземноморских пейзажей. В кинокартине в рамках новых веяний присутствовала обнаженная натура. Спартанки, как и положено настоящим спартанкам, одеждой себя в фильме особо не обременяли, а пару народных спартанских танцев актрисы-гимнастки исполнили вообще без таковой. Обнаженная натура мужского пола, впрочем, тоже имелась в лице тамошних атлетов. В общем, сплошное потрясение основ. Хотя, по сути, картина была незамутненно-целомудренной. В духе: смотреть смотри, но руками не трогай. Широкий прокат ленты привел к тому, что прошедшим летом на молодежных пляжах наиболее смелые девицы начали появляться в купальниках без верха. Пока еще, правда, не в одиночестве, а в компании с друзьями и одноклассниками мужского пола. Которые быстро и жестко объясняли отдельным несознательным гражданам, слишком явно пускающим слюни, или пуще того не туда тянущим руки, основы современной этики и эстетики.
  Германский рейх фильм «Триста спартанцев» приобрел, немцы тоже не слишком стеснялись в этом плане и «культ тела» у них последовательно пропагандировался. Японцы вежливо отказались, мол, не вписывается в национальные традиции. А ханжи из САСШ отказались совершенно невежливо, даже злобную кампанию в прессе организовали. В основном злобствовали тамошние церковники, в последнее время изрядно набравшие в Америке влияния, выступая под лозунгами возвращения к Богу. Мол, катастрофа англосаксонского мира произошла из-за того, что Бога забыли, и слишком много внимания уделяли «золотому тельцу» и плотским утехам. Мол, молиться и трудиться надо больше, а потреблять и наслаждаться жизнью гораздо меньше. Иначе мерзкие немецкие язычники вкупе с безбожными русскими коммунистами и «Крепость Америку» тоже ухайдакают. Сергей слышал, что церковников там плотно контролируют и подкармливают местные денежные мешки. Неудачный для Америки результат войны, приведший к тому, что сгорели огромные вложения в нее, вызвал в САСШ тяжелейший экономический кризис, который не удалось окончательно изжить до сих пор. Так что идеи перехода к тотальной экономии и аскетизму были весьма актуальны.
  Сергей усмехнулся, он как раз и приехал в Ленинград, чтобы добавить соперникам, в том числе и заокеанским, дополнительных проблем в экономике. Приехал на очередное совещание, организованное отделом «Сигма» при Службе Внешней Разведки. А отдел этот занимался различными секретными операциями по укреплению экономического влияния СССР в мире, в том числе экономическими диверсиями. Ну и валюту для страны, где это было возможно, зарабатывал. С последним пунктом, учитывая реальную обстановку в мире, были большие сложности. В том же Рейхе еще с тридцатых годов действовал порядок, когда любая сделка германских фирм с иностранными партнерами была на контроле у Рейхсбанка. И допускалась только в том случае, когда способствовала увеличению экономической и военной мощи Германии. Все взаиморасчеты по подобным сделкам опять же проходили исключительно через Рейхсбанк. Похожие жесткие правила теперь действовали в САСШ и в Японской Империи. То есть вывести денежные средства, даже при их наличии там, было достаточно сложно. Радужные надежды заработать на патентах тоже не оправдались. Единая мировая патентная система благополучно распалась. После окончания войны в САСШ разразился громкий скандал, сопровождаемый многочисленными разоблачениями. Неожиданно всплыли данные, что хитроумные немцы очень ловко использовали патентную систему в своих целях. Являясь держателями