Игра на выживание. Тетралогия

являются лучшим подтверждением того, что нынешнее устройство партии и государства для данного исторического этапа близко к оптимальному. Поэтому резко отказываться от проверенной временем и делом системы не следует, а следует ее всемерно совершенствовать. И что предлагаемые реформы могут разрушить партию, или, по меньшей мере, привести к утрате ею контроля над ситуацией в стране, а потом к разброду и хаосу в самом государстве. Что в ситуации, когда на границах имеется сильное враждебное окружение, мол, совершенно недопустимо.
  Судя по шуму, возникавшему при оглашении очередных тезисов, сторонников данной точки зрения в зале хватало, как, впрочем, и противников.
  Вознесенский явно нарушал повестку дня, ведь обсуждение намеченных реформ шло следующим пунктом, а заодно и превысил регламент. Видимо опасался, что потом ему слова просто не дадут. Но председательствующий на съезде Векшин из каких-то соображений не стал его останавливать. Дал высказаться до конца, а затем спокойно поставил на голосование прекращение прений.
  Пока съезд голосовал по отчетному докладу, напряжение несколько спало, но ненадолго. Пришла пора переходить к основному пункту повестки дня. Векшин поднялся на трибуну и предложил предоставить слово товарищу Сталину. Зал загудел. По циркулирующим в партии и стране слухам Сталин был совсем плох и даже не вставал с постели, поэтому его появление на съезде вызвало немалый ажиотаж. Выглядел он действительно не блестяще, но до трибуны дошел нормально и без посторонней помощи. И доклад начал читать хоть и по бумажке, но вполне твердым и уверенным голосом.
  Начал Вождь издалека. Помянул Основоположников, подчеркнув, что перспективы построения коммунистического общества последние намечали исходя из имеющихся у них на тот момент научных знаний, в том числе о человеке и обществе. Однако к настоящему моменту получены новые знания, получен новый опыт и это следует непременно учитывать в разработке планов на будущее. Вынесенные на обсуждения съезда, новые Устав и Программа как раз и разработаны с учетом последних научных достижений и творческой переработки всего передового опыта человечества. Пересказывать содержание упомянутых документов Сталин не стал, только напомнил, что их проекты у всех делегатов на руках. Зато четко отметил, что вынесенные на обсуждение документы являются цельной и взаимосвязанной системой и поэтому не подлежат никакой правке. То есть они могут обсуждаться, но в итоге должны быть приняты или отвергнуты съездом целиком, в совокупности. Затем Сталин сообщил, что он лично принимал участие в разработке новых Устава и Программы, полностью их одобряет и просит делегатов съезда и весь Советский народ рассматривать данные документы как его политическое завещание.
  Тут Сталин оторвался от бумажки и обвел зал внимательным взглядом.
  — Я прекрасно понимаю, что новые требования, которые предъявляются к членам партии, — усмехнувшись, заметил Вождь, — многим кажутся чрезмерными. Многие считают, что они преждевременны. Что не стоит делать таких крутых поворотов, а лучше потихоньку совершенствовать уже имеющееся и почивать на лаврах. Они ошибаются! Жизнь не стоит на месте и коммунистам следует не только успевать за жизнью, но и существенно опережать ее. В настоящий момент мы находимся на очередном переломе, когда заканчивается один этап развития и должен начаться другой. В такой ситуации остановка приведет нас к гибели. Пусть не мгновенной, а после десятков лет постепенного загнивания, но, тем не менее, неотвратимой.
  В такой ситуации каждый должен сделать свой выбор. Возможно, мы из-за недостатка знаний при этом переходе с этапа на этап наделаем ошибок. Возможно наши потомки, получив в будущем дополнительные знания, в чем-то нас поправят. Но здесь и сейчас надо делать решительный шаг в будущее!
  Кто считает иначе, тот не может далее считаться коммунистом! Он может, как предлагают некоторые, перейти из коммунистической партии в социалистическую партию. Лично я не вижу в этом ничего страшного. Пусть в стране будет две партии.
  В зале поднялся шум, такого хода Сталина большинство делегатов никак не ожидало. Но Николай Иванович оставался спокоен. Данный вариант был разработан на комиссии Ильина, дабы бросить кость номенклатуре, которая в неизбежной неразберихе переходного периода могла устроить массу неприятностей, и отвлечь ее на время организационными заботами о создании новой партии. Номенклатура, правда, не подозревала, что данный путь вел ее в тупик. К намеченному через месяц съезду Советов, где команда Векшина рассчитывала иметь квалифицированное большинство, уже были подготовлены поправки в Конституцию и новый