Игра Вслепую

В глазах ребенка опять начала скапливаться влага.
— Сядь на кровать! — резко скомандовал я.
Она отступила, а затем села на кровать, с испугом поглядывая на меня. Подойдя к столу, я пересадил ласку с рук на столешницу.
«Тяжелая. Килограмм тринадцать-пятнадцать весит. Не меньше».
Нагнувшись, стал внимательно осматривать шерсть. Каждая ворсинка, если сильно приглядеться, была своего рода миниатюрным клинком. Я снова посмотрел на свои руки. Ни малейшей царапины.
«Ничего не понимаю. Хоть убей!».
Тут в дверь неожиданно кто-то постучал. Зверь чуть слышно фыркнул, хлестнул хвостом по столешнице и вдруг взвился в воздух. Все произошло настолько стремительно, что мой взгляд смог уже зафиксировать темную фигуру ласки, уже сидящую на балке, под потолком.
— Ой. Я боюсь, — послышался тихий детский голос со стороны кровати.
— Сиди тихо, — затем я сделал шаг к двери и спросил: — Кто там?!
— Сколько тебя можно ждать?! Или ты думаешь, что мне больше делать нечего?! — раздался из-за двери ворчливый голос Шонара.
— Зайди!
Дверь распахнулась, и через порог переступил Солдат. Вид у него был, что ни есть самый недовольный.
— Быстро говори, что хотел сказать и…. Ты что это со столом сделал?!
Я проследил взгляд солдата и замер от неожиданности. По столешнице проехали, по меньшей мере, два десятка дисковых пил, затем перевел взгляд на пол. На нем были рассыпаны крупные свежесрезанные опилки.
— Это он хвостом…. Ладно! Солдат, ты иди! Мы тебя сейчас нагоним. Только я окно открою, а то нечем дышать.
Солдат посмотрел на меня как на сумасшедшего, но ничего не сказал, а только развернулся и пошел к двери. Я открыл окно, затем подозвал девочку и пошел к двери. Закрыв ее, мы только стали спускаться, как ребенок спросил: — А он не убежит?
— Убежит и бог с ним. Забудь про него. Договорились?
— Договорились, — ответила она мне довольно уныло.
Пока девочка ела, а Солдат цедил вино из кружки, пришел Нож. Я тихо и коротко изложил историю своих приключений, исключив из своего рассказа только появление «Палача».
— Так вот из-за кого в городе переполох! — при этом Никас странно ухмыльнулся.
Солдат и я посмотрели на него непонимающе.
— За те полчаса пока шел сюда, я дважды наткнулся на патруль. По городу ползет слух, что кто-то убил городского казначея.
— Та жирная тварь — казначей?!
— Наверно, сам я его никогда не видел.
— И я, — не смог промолчать Солдат. — А Дан, все правильно сделал! Я бы эту тварь вообще на ленточки порезал!
Несмотря на то, что мы все трое продолжали жить в одной гостинице, мы практически не виделись. Браннон здесь не показывалась, а Нож с Солдатом где-то пропадали все время.
В Никасе, если присмотреться, можно было увидеть напряженность, зато отношение Солдата ко мне ничуть не изменилось. Было, похоже, что Нож не просветил своего друга, что произошло на перекрестке дорог, а так же о смерти Маркеса Бранна.
— Не спорю, — ответил ему Никас, — а пока, Дан, отнеси кроху и положи на кровать.
Действительно, девочка за время нашего разговора положила голову на край стола и сейчас крепко спала.
— Ха! Наелась и спит, — добродушно усмехнулся Солдат. — Точь в точь как котенок.
— Кстати, как ее зовут? — спросил Нож.
— Лолит.
— Уложишь — вернешься. Мы тебя еще вчера вечером искали, хотели переговорить. Иди!
Взяв девочку на руки, я подошел к своей комнате, а затем осторожно толкнул дверь. Та, с легким скрипом, отворилась. Затем, войдя в комнату, я первым делом бросил взгляд на балку. Там никого не было.
«Одной проблемой меньше, — но стоило мне сделать пару шагов к кровати, как на столе буквально материализовалась ласка. Усевшись на задние лапы, она уставилась на меня. Это было настолько неожиданно, что я невольно отпрянул и вполголоса ругнулся. В ответ она мурлыкнула, но при этом пасть не открывала.
— Чего ты не удрала?
Зверь как-то странно посмотрел на меня, и я вдруг понял, что он хочет есть. Положив спящую девочку на кровать, я повернулся к ласке и сказал:
— Понял. Сейчас принесу.
Спустившись вниз, и не обращая внимания на недоуменные взгляды Никаса и Шонара, я подошел к хозяину, стоящему за стойкой, и попросил его дать чего-нибудь из еды. При этом так же удивил его, когда сказал, что разогревать мне нечего не надо, вполне сойдет холодный жаренный бараний бок. Затем я отнес миску в комнату и поставил на стол. Когда зверь принялся за еду, прикрыл за собою дверь и спустился вниз. Несмотря на большой знак вопроса, стоящий в глазах у бывшего смотрителя и охотника, я ничего не стал им объяснять, а просто спросил: — В чем дело?
— Сначала посмотри вот это! — и Никас подал