Игра Вслепую

рядом друг с другом. Прошла секунда, другая — и их тела стали медленно погружаться в плиту.
— Надеюсь это все или ты…. — не успел я договорить, как вдруг на какое-то мгновение огни факелов померкли, и я… оказался в громадном, необозримом для глаза, зале, стоя сбоку от громадного трона, стоящего на ножках, сложенных из человеческих черепов. Сиденье, спинка и подлокотники трона были искусно собраны из различных человеческих костей. Я стоял так, что не мог видеть ни лица, если конечно оно было, ни тела сидящего Мертвого Бога, а только часть его плеча и руку, лежащую на подлокотнике. Черная, клубящаяся, словно она была изготовлена из мрака ночи, ткань рукава и вполне человеческая кисть руки, если не считать мертвенной бледности кожи и длинных, остро заточенных, стального оттенка, когтей. Следующим мое внимание привлек потолок, состоявший из серых грозовых туч, которые медленно плыли над моей головой, куда-то вдаль, нескончаемым потоком. Опустив взгляд, быстро обежал глазами гигантский зал, затем армию коленопреклоненных монстров, чьи последние ряды скрывались в полумраке, вместе с уходящими вдаль стенами. Это было жуткое, но одновременно притягивающее взгляд зрелище.
«Тронный зал Мертвого Бога. Во как! Теперь, я так понимаю, мы перейдем к разговору. Вот только до чего договоримся, кто его….
Додумать мне не дал внезапно возникший прямо передо мной монстр, чем-то напомнивший мне жабу-переростка, стоящую на задних лапах, правда при этом она имела длинный шипастый хвост, на который опиралась.
— Пади на колени, червь, перед Мертвым Богом! — торжественно провозгласила она, широко разевая пасть.
То, что во мне отсутствует чувство страха, я знал давно, так же как и то, что его замещает инстинкт самосохранения. Так вот, вместо того чтобы подавать сигналы, говорящие об опасности, вместо него во мне что-то начало подниматься…. Даже не подниматься, а вспучиваться какая-то мощная, смертельно опасная, но при этом еще полностью не оформившаяся, сила. Она была сродни ночному кошмару, такая же вязкая и отвратительная, и в тоже время в ней чувствовалась безжалостно-опасное начало, за которым стояли огненные отбески пожаров на тысячах клинках, черные пепелища больших городов, уничтожение целых народов. Несмотря на все мои ощущения, все началось настолько мгновенно, что мне оставалось только наблюдать проявления этой силы. Резкий хлопок — и от жабы осталось мокрое пятно и жалкие ошметки плоти, разбросанные в радиусе нескольких метров.
— Как ты посмел…!!! — голос Мертвого Бога громовыми раскатами прокатился под потолком, и вдруг резко осекся, а в следующее мгновение из туч, которые внезапно остановились, посыпались молнии. Там, где они били в гранитный пол, плиты раскалывались, расползаясь во все стороны широкими и глубокими трещинами, подобно гигантским змеям. Монстры десятками падали в разверзнувшуюся у них под лапами черную пустоту. Затем задрожал воздух. Казалось, что вот-вот он сорвется с невидимой привязи, словно громадный злобный пес, готовый порвать всех на части. И он сорвался. Я не ощущал на себе его действия, зато видел, как орды чудовищ, стало рвать на части и бросать по залу так, словно те были тряпичные куклы, до которых добрался игривый щенок. Последним штрихом к картине — катастрофе стал качающийся трон и судорожно вцепившаяся в него рука владыки подземного царства, а в следующий миг сцена апокалипсиса сменилась… теплой летней ночью. Я стоял в степи, по колено в траве, посреди холмов. Ночной ветерок принес ароматы полевых трав и цветов. Рядом со мной стоял эмлок.
«Что это было? Проявление фей-хи? Только с какого перепугу? Мне, вроде, напрямую никто не угрожал. Не понимаю. Просто не понимаю».
— Слушай, Туми… — только теперь я увидел, что худенькое тельце эмлока сотрясает дрожь. — Эй, парень! Что с тобой?
— Ничего.
«Похоже, его отдачей накрыло из-за этих событий».
Теперь, когда мне окончательно стало ясно, что он является шпионом и проводником воли Мертвого Бога, мое отношение к нему остановилось на нулевой отметке. По сути его надо было кинуть здесь и возвращаться к стоянке одному, но надежда на то, что возможно мне все же удастся поговорить с его хозяином, остановила меня.
— Идем. В себя придешь по дороге.
На обратном пути, все пытался понять, что могло спровоцировать божественную искру на столь жесткие действия, но ничего толкового в голову так и не пришло. Единственная возможность хоть что-то понять в случившемся — был эмлок.
— Послушай-ка, Туми, я помог твоему хозяину. Так?
— Он в гневе.
«Не удивительно!».
— Хм! Скажи ему, что…. Даже не знаю, что сказать. Впрочем, передай ему мои извинения. И еще скажи, что