руки, ощупываю края дыры. В самый раз, чтобы пролезть. Заглядываю внутрь. Это высокий, под три этажа, каменный колодец с кружком неба наверху. В синем кружке бриллиантами мигают звёзды. Наверху, бросая рыжие блики на серый камень, светит огонёк костра.
Пробираюсь в пролом. Сзади шуршит ветками красавчик Арнольд. Слышу, как он старается не пыхтеть. С саблей в руке пересекаю заросший травой пятачок земли. Слышу шорох развязываемого мешка, что-то трещит, и яркий свет разливается по двору. Моргаю, закрываюсь ладонью. В руке у парня рассыпает искры новенький факел.
Свет факела освещает каменный колодец. Задираю голову кверху. Там, где горит костёр, слышится удивлённый возглас. Кто-то перекликается на стене. Люди? Слышу, как вниз застучали торопливые шаги. Звук гулко отдаётся от каменных стен, эхо мечется внутри узкого колодца.
Арнольд со свистом втягивает воздух, пятится назад. Оборачиваюсь, и только сейчас замечаю в стене полукруглый арочный проём, за которым смутно виднеются ступени, ведущие вверх. Или вниз — как посмотреть. Из проёма выскакивает человек, и бросается ко мне.
Слова: «Браток, огоньку не найдётся?» застревают у меня в горле. Не человек это оказался, совсем не человек.
Навстречу, смешно задирая колени, бежит уродливая тварь. Тощие ноги, разлапистые ступни. Жилистые руки, длинные, худые, с когтистыми пальцами. Кожа в свете факела кажется зеленовато-чёрной, словно эта пародия на человека только что выкопалась из-под земли. Скуластое, круглое лицо с лягушачьим ртом. По бокам головы торчат покрытые редким волосом уши.
Всё это я разглядел в один миг. А в следующий уже отпрыгнул и заорал во всю мочь своих лёгких. Как говаривал Батя: «Испугался — ори. Пусть думают, что кричишь ура!»
Тварь подбегает с невиданной резвостью. В тощей руке блестит изогнутый меч. Другая рука держит маленький круглый щит, по виду — деревянный.
Отмахиваюсь саблей. Звенит металл, с клинков летят искры. Зеленокожий уродец оказался ростом мне едва по плечо. Тычу в него остриём клинка, пытаюсь достать в голую грудь. Тот увёртывается, хрипло визжит, размахивая своей загогулиной. Вижу краем глаза, что вслед за первым из проёма выскакивают ещё двое.
Второй обегает меня сбоку, в тощей когтистой руке — дубинка. На круглой башке — рогатый шлем. Уродцу он явно великоват. Из-под болтающихся нащёчников волосатыми лопухами торчат примятые уши.
Лопоухий подскакивает, тычет мне рёбра дубиной. Я спотыкаюсь, отступаю. В руках первого уродца свистит кривой меч. Моя кольчуга выдерживает, но мелкие кольца впиваются в кожу.
Чёрт побери. Стать зелёным кустом мне явно не грозит. Меня просто порежет на ломтики пара лопоухих существ в нелепых доспехах.
Слышу за спиной душераздирающий крик. Уродцы на мгновение замирают. Рассыпая жгучие искры, прямо в лицо тому, что с дубинкой, влетает горящий факел, и застревает под ободком шлема. Лопоухий визжит, роняет своё оружие. Из-под шлема ползёт вонючий дым.
Сверкает лезвие топора. Уродец с мечом отскакивает назад, закрывается круглым щитом.
—За мной! — кричит Арнольд. Голос его срывается и даёт петуха.
Разворачиваюсь и бегу за ним. В свете звёзд вижу, как парень подбегает к стене, слышу тошнотворный скрип давно несмазанных дверных петель.
—Сюда! — сипит красавчик. Бросаюсь в темноту. Слышу слабый свист за спиной. Удар в спину, ещё один — в поясницу. Как будто ткнули железным пальцем. Ноги подгибаются, и я скатываюсь куда-то вниз.
Пересчитываю всем телом ступени. Каждый удар отдаётся в спине острой болью. Перекатываюсь в последний раз и скрючиваюсь на холодном каменном полу. За мной с гулким стуком захлопывается тяжёлая дверь.
Арнольд хватает меня за лодыжки, и, пыхтя, тащит куда-то. Волокусь за ним, не выпуская из руки саблю. Изогнутое лезвие звякает по каменному полу.
—Хватит, — хриплю. — Отпусти, гад!
Парень протаскивает меня несколько шагов, и усаживает спиной к стене. Приваливаюсь к холодному камню. Поясницу пронзает, словно горячей иглой.
—А-у-ыы!
—Сейчас, сейчас, — бормочет в темноте Арнольд.
С шипением загорается новый факел. Вижу, как красавчик торопливо роется в своём мешке. А ещё вижу, что из моего живота выглядывает что-то острое, влажное от крови. Моей крови. Сзади, под копчиком, о стену скребёт что-то твёрдое, торчащее из моего зада.
Арнольд трясущимися руками достаёт какой-то рулончик, раскручивает, поворачивается ко мне и тычет в лицо пальцем. Вспыхивает ослепительный свет, над головой парня растекается серебристое облачко и медленно гаснет в воздухе. На краткий миг из
