—Сперва сделай дело, Гай. Я здесь по велению герцога. Что-то надвигается, а мы не готовы. Верховный маг говорил с богами. Они пророчат смерть. Нужно выжечь скверну по всей стране. Нам не нужны твари за спиной, когда это, чтобы оно ни было, начнётся.
—Слишком много их в последнее время, Север. Раньше…
—Раньше трава была зеленее, Гай. Сделай дело, и проси, что хочешь. — Гость рывком запахивает плащ, собираясь уходить. Взглядывает на меня:
—Ты взял с собой двоих, дружище? У нас больше нет доверия?
—Это ученик Кривозуба, — небрежно говорит Гай. — Мне нужен лекарь в отряде. Мой маг хороший боец, но зубы лечит, как коновал.
—Надо же. Новичок, и ещё живой?
Север усмехается, машет на прощанье рукой. Потом щёлкает пальцами. Ф-фыхх! Маленькое солнце вспыхивает в проёме арки. Пока мы моргаем, гость уже исчез.
—Хорошие заклятья в канцелярии верховного мага, — говорит Кривозуб, глядя, как тает дымок на месте растаявшего в воздухе гостя. — Сильные.
Гай словно не слышит его. Он разворачивает листок пергамента, который дал ему Север, и читает. Лицо его мрачнеет на глазах.
Потом он комкает свиток и подбрасывает в воздух.
—Сжечь!
Кривозуб взмахивает рукой, с пальцев его срывается клубок огня. Сожжённый листок вспыхивает и клочьями пепла опадает на землю.
—Состязание магов отменяется, — говорит командир. Он поворачивается к нам, и вампир испуганно отшатывается, со свистом втягивает воздух сквозь клыки. — Сейчас нам нужен каждый боец. Мы идём в Красные скалы.
Он взглядывает на меня, и скалит зубы в безрадостной улыбке:
—Ты когда-нибудь видел дракона, Эрнест? Или как там тебя? Если мы вернёмся живыми со скал, я принесу щедрую жертву богу эльфов, парень. А если нет, значит, ты поганая подделка под Аристофана.
***
Наверное, я должен бояться. Командир собрал отряд и объявил, куда мы идём. Новая цель, парни. Красные скалы.
Гай взобрался на край пересохшего колодца. Отряд собрался вокруг и слушал его. Золото, парни. Много золота. Чёртова прорва драгоценных камней и прочего добра. Хватит, чтобы сладко есть и мягко спать. Вам, вашим жёнам, девкам, и всем детям от жён и девок. Кто не хочет, может уйти. Его никто не осудит. Я знаю, парни, что такое дракон, — сказал Гай Черноус. — Эти твари хуже всех. Ты смотришь в его глаза, он смотрит в твои, и жрёт тебя. А ничего не можешь сделать. Вот что такое дракон. Так что, кто боится, может валить домой, к жене и детям. Я, Гай, пойду убивать чёртовых тварей, а потом возьму себе их золото и камни, будь я проклят.
Когда командир закончил речь, даже я захотел пойти в Красные скалы.
Пока парни шумели, обсуждая новую работёнку, Кривозуб подошёл ко мне, и сунул в руки туго набитый мешок:
— Вот, возьми. Здесь травы, свитки и склянки с лекарствами. Теперь ты мой ученик.
Я взял мешок, а вампир тихо сказал:
—Гай запретил мне трогать тебя, эльф. Но он не запретил мне обратить тебя. Хочешь стать таким, как я, парень?
Красные глаза Кривозуба обведены тенью, сухие губы причмокивают. Видно, голодный. При мне он ещё ни разу не ел. И не пил.
—Ты учитель, вот и учи. — Не нравится мне это. Как там сказал Север: «Новичок, и ещё живой?»
—Став вампиром, ты обретёшь долгую жизнь, — прошелестел Кривозуб еле слышно. — Обретёшь подобие души. Вы, безликие, лишены и того, и другого. Даже последний нищий у городской свалки счастливее вас. Вы так боитесь умереть, что только и делаете, что режете друг друга.
—Север и Гай — друзья.
Маг усмехнулся, его клыки высунулись изо рта:
—Среди вас нет друзей, безликий. Есть только соперники в вечной игре.
—Погоди. Игра? Что ты знаешь об этом?
—Вы хуже зверей, вы сражаетесь между собой за каплю силы. Убиваете за кроху добычи. Лишь бы стать выше другого. Молись своим богам, эльф, чтобы прожить подольше. Может, тогда тебе повезёт, и ты сможешь убить сам.
Кривозуб отвернулся от меня и ушёл. Я стоял и смотрел ему вслед. Стать таким, как он. Обрести подобие души. И выйти из игры?
***
В деревеньке у дороги мы купили пять вьючных мулов. Наш казначей — хмурый здоровяк со старым шрамом поперёк горла — отсчитал старосте горсть золотых из походного сундучка.
Деревня — кучка сложенных из камня домов — прилепилась к склону горы. Сыпет мелкий дождь, блестит мокрая черепица крыш. Мужчины деревни вышли из домов, стоят вдоль дороги, в руках — рогатины. Крепкие колья, заострённые концы рогаток обиты кованым металлом. Они молча провожают нас взглядом, пока мы поднимаемся вверх, к перевалу.
Кривозуб теперь идёт рядом со мной.
