Игрушки богов

взглядом.
— Я отключил систему наблюдения и безопасности в этой части здания, — пояснил он. — Так что нас сейчас никто не увидит и не услышит. Случайных глаз также не стоит опасаться: в эту часть хранилища имеют доступ только хозяева гильдии, а сегодня в здании никого из них нет.
— И для чего все это нужно? – уточнил я, не понимая ничего из того, что происходит. – Мне нужны объяснения, Лен’джер!
– И Вы их получите, – управляющий Торгового дома торопливо прошел в образовавшийся проход. – Но сначала, я хочу, что бы Вы вспомнили о своем обещании помочь, если это будет в Ваших силах, которое когда-то дали мне.
Быстро идя за седым слугой по длинному узкому пыльному коридору, я сильно напрягся от его слов, поэтому осторожно ответил:
– Я не отказываюсь от своих слов, но чем я могу помочь?
Управляющий, свернув за поворот, замер перед серой металлической дверью. Достав свой пульт с множеством кнопок, он начал на нем что-то торопливо набирать.
– Чего больше всего желает каждый раб или слуга в этом проклятом Городе? – горько спросил Лен’джер и сам же ответил на свой вопрос, не дав мне произнести ни слова: – Обрести Жизнь и Свободу. И сейчас Вы можете мне в этом помочь.
Резко обернувшись, он внимательно посмотрел на меня.
– Я?!!! – от подобных слов просто впал в ступор. – И каким же образом я это могу сделать? Выкупив карту с твоей душой у Гильдии Работорговцев? Звучит как бред. Мне ее никто в принципе не продаст, а за сам вопрос могут превентивно убить, потому что обычному Игроку подобное в голову не придет. Выкрасть ее тоже звучит как несмешная шутка. Надеюсь, ты не предлагаешь мне этого! Иных подходящих вариантов я просто не вижу.
Дверь тихо щелкнула и начала отъезжать в сторону, Лен’джер снова пошел вперед, больше не оглядываясь и отвечая на ходу:
– Не надо ничего покупать или продавать. Сила Хаоса, запечатавшая мою душу в карте, уже давно не удерживает меня в ней, я почти свободен и мог бы давно покинуть это проклятое всеми богами место. Но мне было нужно подходящее вместилище для моего духа – сосуд для души.
– Какой-нибудь артефакт, – наконец догадался я. Мне уже приходилось сталкиваться в прошлом с подобными предметами, несшими в себе души разумных, вроде филактерии.
Лен’джер от моих слов негромко рассмеялся.
– Нет, я не для того столько лет ждал, чтобы стать говорящим мечом или деградирующим от скуки призраком, запечатанным в какой-нибудь коробке или брошке. Я хочу себе новое тело.
Хм… От такого ответа если честно я растерялся. Мы как раз стояли с Лен’джером в каком-то странном подобии морозильной камеры и хранилища одновременно, похожем на выставочный зал с огромными полками, заставленными сотнями, а может, и тысячами средних кубов с запечатанными в них пленниками.
– Ты собираешься использовать кого-то из них, – я кивнул на полки. – Только я как-то не слишком силен в переселении душ.
Управляющий скользнув взглядом по полкам, брезгливо скривился:
– Не лучший выбор – бракованный товар. В их мире долго бушевала война с применением тяжелых техно-вооружений, сильно сказавшихся на здоровье. Половина из них вне вместилища не проживет и полгода, а у остальных – серьезные клеточные нарушения и распад органов. Да и до войны их средний срок жизни не превышал семьдесят лет. А в Двойной Спирали я прожил уже более полтора тысяч лет, и, знаете, мне по-прежнему хочется жить, только без рабской привязки, не вечным слугой.
– Тогда что ты хочешь от меня? – Пока Лен’джер возился с очередной дверью, уточнил я, пытаясь осмыслить происходящий разговор.
– Секунду, мы почти пришли.
Несколько шагов сквозь небольшое пустое помещение, и мы оказались перед новой, уже круглой массивной дверью из толстого, отдающего синевой, металла. Она с первого взгляда внушала уважение: тяжелые ручки, похожие на штурвал корабля, множество цифровых дисплеев, по кругу дорожка вырезанных в металле рун. Сама дверь светилась от чар, наложенных на нее. Пожалуй, если бы я искал место, способное выдержать удар планетарного оружия, я бы постучался сюда.
Лен’джер остановился перед преградой на расстоянии вытянутой руки и, с законной гордостью, произнес:
– Дверь ведет в главное хранилище гильдии для особо ценного товара, выкована гномами из орихалка, двенадцать уровней защиты, наложены великие чары несокрушимости. Открыть могут только глава Дома и главный казначей одновременно. Даже мне туда доступ закрыт, – усмехнувшись, он добавил. – Во всяком случае, они так думают.
Не выдержав, я заговорил:
– Может, теперь-то ты мне все объяснишь? Во имя демонов ада, зачем ты меня сюда притащил, и чего от меня хочешь?
– За моим новым телом, за чем же еще! – Лен’джер, словно