Игрушки. Выше, дальше, быстрее

вряд ли будут. Окруженцев бросать не хочется. Хотя ты командир, ты решаешь.
– Да, одни мы бы ушли пешком. А что за обозначения тут на карте?
– Так, Рогово – «Отдельный охранный батальон». Ну, это понятно – «узел» на шоссе. Лумшино – пехотный полк третей очереди. Радошковичи – целый букет частей. Саш, обстановка быстро меняется, они войска к Березине гонят.
– Ладно, иди, отдыхай. А «Чапай, думать будет».
Перед тем, как идти спать, я заглянул в «хозяйство» Дока – проведать Алика. Наш «медикус» сидел на чурбаке и задумчиво копался в своем «чемодане».
– Серёга, привет!
– Здорово!
– Как Алик?
– Нормально. Пулю я вытащил. Она всего в трёх сантиметрах в мякоти засела. Издалека стреляли?
– Нет, в упор, практически. Она приклад винтовки сначала пробила, а потом только в ногу попала.
– Тогда понятно… Выпить хочешь?
– Давай, а лучше – закусить.
– А нету… Хотя постой – и он протянул мне пук соломы. Да, Док в своём репертуаре!
– Спасибо, я по овсяному полю гулял.
– Тогда на, гематогеном, закуси. – И он действительно протянул мне ломтик гематогена.
Выпив глоток коньяку из его фляжки, я с удовольствием закусил «медикаментом», после чего сел рядом с Доком, и с наслаждением закурил. По жилам растекалось тепло от коньяка, табачный дым был ароматен. От всей этой роскоши, я почувствовал, что проваливаюсь в сон.
– … му?
– А? Что? – я проснулся.
– Я спросил: «Почему это случилось с нами»? – повторил Док.
– Если бы я знал, Серёга, если бы я знал… И, ведь ни минуты сегодня не было – сесть и подумать.
– Везёт тебя, Тоха. А я целый день только про это и думаю. Как с утра постреляли немцев, так и думаю. Они ведь настоящие…
– Кто?
– Немцы. Я специально трупы осматривал. Это не муляжи, не 3Д. Запах не подделаешь…
– Серёг, не кисни, а? Образуется всё.
– Ладно, вояка, не буду. Э, да ты носом клюёшь. Давай иди, там, в углу мой спальник лежит.
– А ты? – заплетающимся языком спросил я.
– А мне – ещё перевязку Алику делать, да и остальных посмотреть надо. Завтра же выдвигаемся.
– Может и сегодня. Ответа Дока я уже не слышал, провалившись в глубокий и вязкий сон.

«Начальнику сектора IVЕ5 штурмбаннфюреру СС и криминальдиректору Вальтеру Кубицки.
Несмотря на быстрое наступление нашей армии и, фактически, разгром основных сил Советов, в оперативных тылах группы Армий «Центр» нами зафиксировано несколько случаев диверсионно-подрывной деятельности противника.
Кроме столкновений с остатками разбитых частей Советов имеется информация о целенаправленной подрывной деятельности.
Так, в районе Минск-Заславль, согласно анализу, проведённому нашей оперативной группой, с начала июля действует хорошо подготовленная диверсионная группа противника.
10-го июля ею была проведена удачная диверсия против штабной колонны ХХХ пехотного полка. В результате подрыва фугаса (Feuer Bomb) тяжело ранен начальник штаба полка и два оперативных офицера, ещё три офицера и два нижних чина получили лёгкие ранения.
В тот же день в указанном районе пропало отделение 173-го отдельного Сапёрного батальона, выехавшее на рекогносцировку и заготовку местных материалов.
На следующий день, 11-го июля, в том же районе уничтожен мобильный патруль фельджандармерии. Тела членов патруля обнаружены на территории усадьбы местного жителя, активно сотрудничавшего с германским вермахтом. Тело местного жителя со следами пыток найдено там же. Одновременно пропал один из агентов гестапо, некто Саукстас, который находился на подготовке перед заброской в советский тыл. Возможно внедрение в эту группу.