Игрушки. Выше, дальше, быстрее

Комендант Заславльского гарнизона подполковник фон Хорн.»

Отмахав около двадцати километров по просёлкам, мы вернулись к Лысовичам, той деревне, где дед Остап поил нас молоком. Остановившись на обочине, мы устроили короткую «летучку».
– Сань, я предлагаю не возвращаться той же дорогой. К чему нам лишний раз тропинку натаптывать? Вот здесь, через Жабовщину и Дмитрево прекрасно объедем.
– Товарищ Арт, – неожиданно вмешался Дымов, – а мы же хотели этого Остапа проверить… Неужели не будем?
– А нужно ли это сейчас? – ответил ему Люк. – У нас у самих хвост дымится, а у него раненые. Вспомни бинты! Думаешь, они просто так на плетне висели?
– Алексей, ну сам посуди, у нас – четверо раненых. И это – на пятнадцать человек личного состава!
– Товарищи, как же это можно не помочь раненым?
– Ты, Зельц, демагогию тут не разводи! – прикрикнул на сержанта Люк. – Нам самим задание выполнять надо, а раненые – это обуза. Ты не поверишь, наверное, но бывало, что раненые сами себя убивали, чтобы обузой не быть.
– Как так? – опешил Дымов.
– А так! Группе сто километров по горам пройти надо и задание выполнить, а на хвосте… басмачи сидят… И оставались ребята раненые с пулемётом и парой гранат… А то и со скалы прыгали… По всякому бывало… А ты предлагаешь нам самим себе создать проблемы! Могу напомнить, если ты, сержант, забыл, их у нас и так – выше крыши… Короче, вот товарищ старший лейтенант у нас старший, пусть он и решает! – изящно, с каламбуром, перевёл на меня стрелки Сашка.
«»Мать, мать, мать» – привычно отозвалось эхо» – единственное, что пришло мне в тот момент на ум.
– Сержант Дымов, – весьма сухим и официальным тоном обратился я к возмутителю спокойствия, – вы можете обосновать необходимость посещения деревни? Коротко, в пять-десять слов?
– Э, я… Нам… – замямлил Зельц
– Я жду… – поторопил я Алексея. По-честному, мне, сам не знаю почему, очень не хотелось возвращаться в деревню. Интуиция это была, «чувство задницы» ли, но вот волосы у меня на спине дыбом вставали, от мысли, о поездке в Лысовичи.
– Мы замаскированы под немцев и нас не узнают, а от окруженцев мы можем узнать, где взять взрывчатку! – совершенно неожиданно для меня Зельц разразился чеканной фразой.
– Молодец, хоть и в заявку не уложился, – сказал Люк, и с усмешкой посмотрел на меня. – Ну, что, старшОй, поехали…
– Нет. Вы едете, я страхую с заднего двора. Саня, ощущения у меня самые нехорошие, так что всем табуном не попрёмся.
– Тогда давай я со снайперкой из кустов прикрою.
– Нет. Я всё уже сказал.
– Слушаюсь, товарищ старший лейтенант!
«Ну, чего он меня подкалывать взялся, а?» – только и подумал я, глядя на то, как Люк, отдав мне честь, заводит мотоцикл…

Командиру в/ч ******** п/полковнику тов. Рюмину В.А.
Докладываю Вам, что по полученным нами сведениям, в районе действия группы «Клест» оперирует неустановленное воинское формирование. Его ведомственная принадлежность в настоящий момент устанавливается. По полученным сведениям, вчера лица из состава этого формирования посетили нашего связного в пункте В-43. Группа мобильна, при передвижении использует автотранспорт отечественного производства и трофейную немецкую автотехнику. Недостатка в вооружении и боеприпасах не испытывает, что позволяет сделать вывод о наличии у нее источников снабжения. Часть вооружения и боеприпасов была предложена ими связному в обмен на продовольствие. Численность группы неизвестна, связной видел около 10 человек. По своему составу группа неоднородна. Часть группы – люди одетые в форму бойцов РККА. Часть группы, предположительно командный состав, одета в «пятнистую» военную форму. Связному эта форма неизвестна, по его словам она отличается от немецкой формы и формы бойцов РККА. Среди них связным был опознан, лично ему знакомый, сержант Заславльского горотдела милиции Алексей Дымов. (По имеющимся данным, он пропал без вести при эвакуации из Заславля. Личное дело Дымова прилагается.) Следует отметить, что Дымов также был одет в «пятнистую» форму, а не в штатное обмундирование.