Добро пожаловать в империю Оствер, огромное государство на трех материках, которое находится в упадке и где не все так просто, как может показаться вначале, а люди и нелюди так похожи на нас с вами! Именно туда переносится разум и душа нашего современника, обычного рядового солдата Вооруженных сил Российской Федерации Лехи Киреева.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
И всё бы ничего, я ушёл бы потихому. Но один из офицеров увидел у меня на предплечье дорогой и удобный рюкзак комбата, замер на месте и нахмурился. А я, не ожидая, пока его пробьет мысль о том, что я чужак, отбежал в сторону, влился в солдатскую массу и, скользя между врагов, устремился к лесу. И уже на самой окраине вражеской стоянки, невдалеке от трупа часового, услышал крик офицера, который, как мне думается, заглянул в жилище своего командира и только после этого поднял тревогу.
Я юркнул в непроглядную сырую тьму и через поле рванул к спасительному для меня лесу. Ноги несли меня легко, страх подгонял и будоражил, адреналин в крови делал своё дело, и вскоре я был на месте гибели боевого ассирского дозора, где скинул чужой плащ, накинул на плечи обе лямки рюкзака, забрал болты, поправил ирут, который мне сегодня так и не пригодился, и взял в руки арбалет. Отлично! Я выполнил все поставленные перед собой на эту ночь задачи, кроме пока одной – оторваться от погони. И, оглядевшись, я хотел сразу же направиться в глубь леса. Но у меня был заряженный арбалет, а позади слышались крики ассиров, которые пытались меня настичь, так что на несколько секунд можно было задержаться.
Повернувшись в сторону поля и присев на левое колено рядом с одним из мёртвых горных стрелков, я вскинул приклад арбалета к плечу. В мою сторону спешило около трёх десятков солдат, которые размахивали над головой факелами. И, выбрав наиболее близкого ко мне противника, я выстрелил. Болт вонзился врагу в живот, и он свалился. А я по лесной тропе, пока имелась возможность и небольшая фора, огибая кусты и думая о том, как бы мне не оставить на сучках свои глаза или иные какие не менее важные части тела и органы, начал движение по чащобе, в которой за первую половину ночи успел немного освоиться.
От вражеских солдат я оторвался на удивление быстро. Хотя чего удивляться? Сначала ассиры на мёртвых бойцах из боевого дозора время потеряли, а потом кинулись в лес, которого не знали. И без командира, который бы их подгонял, рядовые бойцы и капралы быстро сдулись и повернули назад. Так что обстановка мне благоприятствует и напоминает времена на Земле. Если диверсанта не поймали сразу, то после найти в горах одиночку становится проблемой из проблем. И, учитывая то обстоятельство, что верхушка ассирского батальона выбита, капитаны наверняка сами ничего предпринимать не станут и будут ждать указаний сверху и того момента, когда к ним пришлют нового дядю в чине полковника. Значит, непосредственная опасность ни мне, ни партизанам отряда Калагана пока не грозит, и это хорошо, так как можно сосредоточиться на моей основной на данный момент задаче – выходе на соединение с имперскими войсками.
Примерно такими мыслями я тешил и развлекал себя всё то время, что бродил по лесу, а затем карабкался в гору, и уже под утро, обессилев и удалившись от перевала на шесть с половиной километров, я добрался до небольшой буковой рощицы, из которой вчера вечером уходил в ночь. И здесь, сбросив с натруженных плеч трофейный рюкзак, арбалет и меч, я вскинул руки к солнцу, которое краешком показалось над горами, и, сбрасывая нервное напряжение, закричал:
– Аааа! Хорошото как!
Гулкое и протяжное горное эхо разнесло мой голос по окрестностям. Простояв без движения пару минут, никого и ничего не опасаясь, я быстро развёл небольшой костерок. Потом, разворошив кучи палой листвы, достал изпод неё свой походный рюкзак и вынул котелок, флягу с водой, баночку мёда и листья взвара. При этом походя сравнил родной рюкзак и трофейный и пришёл к выводу, что мой удобней для конного перехода, ибо изначально шился как ковровая сумка, а для гор конечно же наилучший вариант – трофейный. Поэтому надо брать его, а перед этим перепаковать вещи и имущество, а что не поместится, то придётся спрятать в этом месте. Глядишь, может, моя мелочовка пригодится комуто из партизан, разумеется, если рюкзак не найдут ассиры.
Через двадцать минут огонь моего костра, жадно пожирая сухой хворост, горел ярким бездымным пламенем. Скрестив ноги, я сидел на рюкзаке перед ним, слушал пение лесных птиц, смотрел на густой туман, плотным облаком скопившийся ниже по склону и медленно тающий под солнечными лучами, пил горячий свежий взвар и размышлял о том, что сделал сегодня ночью. Результатами своего рискового диверсионного набега я был доволен. И хотя, стоит это признать, пару раз я был близок к тому, чтобы огрести неприятностей, в целом всё сложилось неплохо. Убиты офицеры и маг противника, а батальон горной пехоты на пару дней выведен из боёв с партизанами. А что касается лично меня, то опробованы ещё две энергокапсулы, которые снова заряжены и готовы к применению. Плюс к этому имеются трофеи.
Кстати, о трофеях. Парой больших глотков я допил взвар,
