Добро пожаловать в империю Оствер, огромное государство на трех материках, которое находится в упадке и где не все так просто, как может показаться вначале, а люди и нелюди так похожи на нас с вами! Именно туда переносится разум и душа нашего современника, обычного рядового солдата Вооруженных сил Российской Федерации Лехи Киреева.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
находились загоны, закрытые высоким и плотным забором от глаз покупателей – четырёх десятков хорошо одетых мужчин и женщин.
Альера и я спрыгнули с лошадей, дождались княжеских слуг, передали им животных и присоединились к покупателям. Виран спросил:
– Слушай, Уркварт, а чего мы сюда припёрлись?
– Хочу на сам процесс торговли людьми посмотреть и на краснокожих купцов взглянуть.
– Чего на рабов смотреть? Всё равно денег нет, и слуги нам не скоро понадобятся. А большинство манкари наверняка в порту.
– Нет. Давай полчасика постоим, а потом в порт, а то я ведь кроме своего севера, Йонара, лицея и княжеского дворца и не виделто ничего.
– Ладно, как скажешь, только нет в продаже рабов ничего интересного.
По какойто причине торги не начинались, видимо, продавцы ждали основных покупателей, краснокожих заокеанских торговцев. Они наконец объявились спустя пятнадцать минут. Пять человек, широкоплечие и высокие мужчины в возрасте от двадцати пяти до тридцати лет, с длинными чёрными волосами, зачёсанными назад и сколотыми на затылке костяными белыми гребнями. Одеты они были в кожаные штаны и безрукавки, под которыми виднелись крашенные в цвет морской волны льняные рубахи. Из оружия торговцы имели при себе узкие мечи, чуть длиннее моего корта и покороче ирута. Лица и внешняя сторона рук у манкари в самом деле были красного цвета. Это для меня было удивительным, и я с интересом рассматривал заокеанцев. И видимо, с моей стороны это являлось бестактностью, поскольку один из купцов поймал мой взгляд и попытался заставить меня отвернуться. Но я такую игру знал, был в ней сильнее и выдержал это маленькое испытание. А манкари, злобно пробурчав на своем языке какоето ругательство, сплюнул на камень под ногами и сосредоточил всё свое внимание на помосте.
– Помоему, он тебя оскорбил, – прошептал Альера.
– Начхать! – ответил я. – Будет реальное слово – ответит, а пока его нет, нам с тобой неприятности не нужны.
Тем временем началась продажа рабов. Аукционист дал команду крепким парням, стоящим рядом с помостом, и они вывели первых людей – семь юношей, наших ровесников, в мягких кожаных наручниках и кандалах на ногах.
– Внимание, господа! – радостным тоном объявил мордастый аукционист. – Сегодня продаётся движимое имущество благородного господина Ураки. И торги открываются его личными музыкантами и певцами, которые услаждали слух своего хозяина до самой его кончины, а теперь могут развлекать вас. А если вы останетесь недовольны музыкальными и певческими талантами этих прекрасных мальчиков, то они окупят расходы на себя хорошим трудом в поле. Стартовая цена за всех пятнадцать иллиров.
Некая пожилая женщина предложила семнадцать, ещё один покупатель обозначил двадцать, а третий, ктото из манкари, двадцать три. Его цену никто не перебил. Гулкий удар деревянного молотка, и труппа была продана заокеанцам.
После музыкантовпевцов на помост вывели работников. За ними женщин. Далее детей и стариков. Снова крепких мужчин и опять женщин. Только за один час было продано примерно триста пятьдесят человек, и всех, за исключением двух кузнецов и двух столяров, купили краснокожие.
В общем, я увидел всё, что хотел, и мы с Вираном решили проехаться по городу и посмотреть его достопримечательности. Но покинуть рынок тихо и спокойно нам не дали, так как путь к лошадям оказался перекрыт тремя манкари. Мы попытались их обойти. Но один из них, кажется, тот самый, который мерялся со мной взглядом, сапогом подкинул в нашу сторону комок грязи, упавший на мою ногу. Увидев результат своей шутки, он громко рассмеялся и сказал на языке империи:
– Щенок! Как ты смеешь смотреть в глаза высшего существа?
Я спокойно повернулся к краснокожим заокеанским гражданам, которые вели себя на нашей территории как у себя дома, и поинтересовался:
– Дуэль, или струсишь?
– Кто?! Я?! Да тебе конец! – запальчиво выкрикнул манкари.
– Значит, бой один на один?
– А может быть, два на два? – подавшись вперёд, добавил Альера.
– Так даже интересней! – отозвался ещё один из торговцев. – Принимаю вызов второго сопляка.
Прерывая нашу увлекательную перепалку, появился патруль, который вызвали слуги из дворца, – три стражника, обычные тюфяки, не чета йонарцам, и офицер, надо сказать, по виду вполне профессиональный вояка.
– Что происходит? – спросил воин князя Нумана.
– Да вот, – усмехнулся я, кивнув на манкари, – краснорожие уроды на драку нарвались. И сейчас мы их прикончим.
– Что?! – Манкари схватились за клинки.
– Тихо! – остановил всех офицер и, дождавшись, пока шум вокруг него утихнет, сказал: – Дуэли в княжестве Фертанг разрешены. Но они происходят
