Добро пожаловать в империю Оствер, огромное государство на трех материках, которое находится в упадке и где не все так просто, как может показаться вначале, а люди и нелюди так похожи на нас с вами! Именно туда переносится разум и душа нашего современника, обычного рядового солдата Вооруженных сил Российской Федерации Лехи Киреева.
Авторы: Сахаров Василий Иванович
воин и бросился на мутанта.
Боевой монстр встретил его ударом своей длинной лапы в горло, которая, словно змея, метнулась в человека и без труда выдрала его гортань. После этого чисто механического действия к двадцать седьмому вернулся очередной фрагмент памяти и, сжимая в лапе кусок человеческого мяса, он подумал, что давнымдавно его тоже называли Скир.
«Точно, – в мозгу зверя, словно молния, промелькнула мысль, – меня звали Скир Пран. – За первой пришла вторая мысль: – И я должен убить Уркварта Ройхо!»
После этого Пран, а не двадцать седьмой, прыжками спустился вниз и рванул к воротам. Остальные боевые монстры 3го дивизиона, выполнившие приказ, застыли во дворе и не обращали ни на что внимания, а он, уже осознавший себя как личность и частично вспомнивший своё прошлое, хотел вырваться на свободу. Однако в воротах крепости уже стоял маг из «Трансформа» и полтора десятка вооружённых служителей. И, понимая, что сбежать не получится, Скир Пран по прозвищу Ржавый подобно остальным мутантам застыл на месте и изобразил полное равнодушие ко всему, что происходит вокруг него.
«Ничего, – с трудом сдерживая клокотавшую в нём ярость и желание вцепиться в ненавистного мага в коричневой мантии, который преграждал ему путь на волю, подумал бывший человек, – надо дождаться удобного момента и тогда бежать. И я его обязательно дождусь и выполню своё предназначение».
Старый жрец Саир пришёл в себя перед рассветом. Сначала он еле заметно вздрогнул, затем прокашлялся и, ещё не открыв глаза, провёл рукой по своей одежде – нащупал под ней квадратик книги, и лицо его разгладилось. Я в это время, ещё ночью отослав Бора Богуча к нему домой на разведку, находился рядом и конечно же реакцию Саира заметил.
– Доброе утро, жрец, – сказал я, наблюдая за стариком и одновременно прислушиваясь к звукам на тропе.
Саир резко поднял веки. Его выцветшие от времени глаза посмотрели на моё лицо, затем сосредоточились на полевой горке имперских егерей, на арбалете и ируте и застыли на браслете. После чего он прокашлялся и спросил:
– Ты кто?
– Лейтенант Уркварт Ройхо, наёмный отряд «Рейдеры Плетта», был послан эвакуировать жрецов местного храма в расположение имперской армии.
– А почему ты один?
– Так получилось. – Я пожал плечами. – Основные силы отряда столкнулись с ассирами и были вынуждены отступить, а я с тобой и местным парнем остался, напоил тебя целебным эликсиром и ждал, пока ты проснёшься. Паренёк сейчас к себе в деревню побежал, а на мне обязанность сиделки.
– Только зря ценный припас перевёл. – Саир снова закашлялся. – Мне всё равно не жить, слишком я стар. Внутренних сил организма нет, так что ты отыграл всего тричетыре часа, не больше. Мне не выкарабкаться, я знаю, о чём говорю, сам когдато военным лекарем был.
– И что ты предлагаешь? Оставить тебя здесь?
– Да. – Старик попытался кивнуть, но у него не получилось.
Он снова закашлялся, а я приподнял его хрупкую тонкую шею левой ладонью и дал напиться из своей фляги. Вода разлилась по подбородку, но немного он всё же проглотил. Закрыв флягу крышкой, я бросил взгляд на тропу и снова посмотрел на старика:
– Нехорошо это – своих бросать, жрец.
– А мы разве свои? – Саир усмехнулся, и его рука вновь легла на квадратик под одеждой. – Не думай, что я глупый провинциальный жрец. Наверняка ваш отряд не спасать нас пришёл, а за древними знаниями.
– Это вспомогательная цель, – отнекиваться я не стал, – а основная всё же – спасение людей.
– Признайся, ты ведь думал о том, чтобы убить меня и забрать книгу, которая на моём теле?
– Думал, но ничего тебе и парню не сделал.
– По чести, значит, живёшь?
– При чём тут честь? Если есть возможность остаться человеком и поступить правильно, то не стоит себя ломать. Передо мной были старик и беззащитный парень, и я мог бы их убить ради достижения своей цели. Но вы не являлись мне врагами, а я нахожусь на имперской территории, где жизнь каждого вольного человека должна цениться. И я знаю, что брать на себя кровь близких мне по языку и духу людей, не причинивших мне зла, было бы отвратительным поступком, за который на том свете пришлось бы ответить.
Старик помолчал, пожевал тонкими сухими губами и сказал:
– Ладно, всё равно я умираю и ты в любом случае получишь, что хочешь, так что таиться смысла нет. И пока я могу разговаривать и снова не впал в забытьё, спрашивай, о чём ты хотел узнать. У меня не было детей и нет преемника, а я не хочу уносить древние тайны в мир мёртвых. Должен остаться хоть ктото после меня, и ты кандидатура приемлемая. Торопись, воин, времени мало.
Спросить можно было о многом. Однако требовалось узнать самое главное, потому что жрец был прав, ещё двадцать – тридцать
