Роман-тетралогия «Империя под ударом» — это исторический, политический детектив. Главный герои — Павел Путиловский, надворный советник Особого отдела Департамента полиции — настоящий профессионал своего дела, преданный Отечеству, уверенный в себе. Но под силу ли ему справиться с политическим экстремизмом и терроризмом?
Авторы: Шприц Игорь
царила пугающая тишина, потом он уловил истошный женский вопль. Видно было, как вторая дверь распахнулась и чья‑то рука вытолкала в проем женскую фигуру.
По бокам от этой фигуры застыли двое городовых. Вдруг один из них схватился за живот и упал. И тут же донеслись четыре глухих выстрела: стреляли сквозь тонкую стену наугад и в одного попали. Путиловский наклонился пониже, почти упал на колени — и увидел лицо женщины. Это была Нина!
Он мгновенно вскочил и одним прыжком влетел в лестничную нишу, внизу которой была проломленная дверь. Нина стояла в пяти метрах от Павла, протягивая к нему руки… Мгновением раньше за углом началась просто‑таки пулеметная стрельба.
Путиловский сделал два шага вперед, переступая через массивную фигуру лежащего Батько, и в эту секунду силуэт Нины озарился ярким свечением, вся стена на глазах стала покрываться трещинами и выпячиваться в сторону Путиловского. Нина, не переступая ногами, как будто плыла ему навстречу по воздуху, подхваченная все сильнее разгоравшимся позади нее сине–золотым сиянием. Звуков было не слышно… потолок стал приближаться, и все накрыла темнота…
* * *
Как только Топаз сунулся в открытую дверь, тут же из черноты двора началась регулярная стрельба. Стреляли с трех точек, причем очень плотно, с двух рук, на поражение. Первой же пулей Топазу раздробили позвоночник, и он рухнул на ступени, но не смирился, а, оскалив зубы и крича что‑то совсем невнятное, стал палить по огонькам выстрелов.
Викентьев вжался в угол и ждал прекращения огня — вдруг повезет и он прорвется? Шальные пули тукались в штукатурку, а одна, угодив в гранит фундамента, с визгом влетела внутрь лаборатории. Уже на излете она попала в десятилитровую бутыль с ацетоном, и та полыхнула сине–золотым шаром, заполнившим весь объем комнаты. Тут же стали рваться и другие бутыли, с керосином, толуолом и эфиром, по очереди расцвечивая двор–колодец разноцветными шарами взрывов.
Викентьева взрывом выдавило во двор. Обожженный, кашляющий и рыдающий от бессилия, он полз по снегу, пока не уперся в чьи‑то сапоги. Сзади нечеловеческим голосом вопил горящий заживо Топаз. Два коротких сильных удара взрывной волной загасили пожар, выхлестнув пламя во двор, — это сдетонировали бомбы–чайнички. Все было кончено.
ГЛАВА 10
ПОЛЬСКИЙ ПРЕЗЕНТ
ДОНЕСЕНИЕ. ДИРЕКТОРУ ДЕПАРТАМЕНТА ПОЛИЦИИ ЗВОЛЯНСКОМУ С. Э.
Довожу до Вашего сведения, что мной проведено служебное дознавательство по делу о взрыве в полуподвале доходного дома г–на Неклюдова, наб. реки Фонтанки, дом 141.
Ввечеру 7 февраля 1901 года в 20.32 в полуподвале означенного дома произошел пожар со взрывом. Пожару предшествовала попытка задержания и ареста преступной банды под водительством мещанина Ярославской губернии Тетерева Ильи Степановича, кличка «Топаз». Во время задержания произошла перестрелка, вследствие чего вначале воспламенились химические вещества в фотолаборатории г–на Добржанского, а далее произошел взрыв неустановленного предмета с частичным разрушением перекрытий первого этажа.
Погибшие при перестрелке и взрыве:
Двое членов банды (личности устанавливаются).
Сотрудник службы наружного наблюдения Департамента полиции Батько Денис Трофимович, 26 лет.
Дочь домовладельца Неклюдова Нина, 20 лет.
Следователь Нарожницкий Е. Ю.
Берг вытащил потерявшего сознание Путиловского из‑под обрушившегося перекрытия первого этажа. Внешних повреждений у него не нашли, но наблюдались признаки контузии и сотрясения головного мозга. Совсем рядом с ним лежала Нина. Своим телом она буквально спасла Путиловского: погибла Нина практически мгновенно сразу после взрыва первой бомбы, вся спина у нее была порезана мельчайшими фарфоровыми осколками, частично дошедшими до сердца.
Берг же произвел и баллистическую экспертизу взрыва, определил местонахождение баулов, мощность заряда и материал оболочки. Раненный в руку и живот городовой был прооперирован и выжил. Батько хоронили торжественно, всем свободным личным составом Департамента полиции как погибшего на боевом посту. Августейшее семейство прислало венок в знак соболезнования. Вдове и сиротам погибшего было назначено постоянное пособие.
Топаз скончался через неделю от ожогов спины. Туза и Чухну захоронили вместе с ним как неизвестных лиц, погибших
