Имя для планеты

метался на стенах пещеры, звук шагов гулким эхом отражался от стен. Меня окружали холод и тишина, но я торопилась по пещерному коридору. Мне нельзя было ждать!

Ощутимо похолодало, но я, распалённая волнением, не обращала на это внимания. Дорога всё также вела меня по пещерному коридору. Я прошла относительно немного, несколько сотен метров, но в темноте и неизвестности мне казалось, что я иду очень долго.

Внезапно я остановилась. Передо мной находилась дверь.

Недолго думая, я толкнула её – внутри была всё та же тишина и студёная тьма, в этом помещении оказалось ещё холоднее, чем в катакомбах. Фонарь выхватил из темноты какой-то большой предмет. Он был настолько велик, что слабосильный луч моего осветительного прибора не мог охватить его разом, а озарял лишь отдельные фрагменты. Что-то знакомое почудилось мне в облике загадочного предмета.

Я подошла поближе. Стало видно, что он покрыт какой-то тканью. Возможно, это чехол? Я потянула за угол, ткань медленно поползла на пол.

– Привет! – вдруг раздалось в темноте.
Я вздрогнула.

– Кто это? – испуганно спросила я.
– Это я, – ответили мне из темноты звонким, каким-то детским голосом.
– Кто – я? Как тебя зовут?
– Зовут… – мой собеседник, кажется, был озадачен. – Что значит зовут?
-Какое у тебя имя? – я начала приходить в себя. Судя по всему, мой собеседник не собирался причинять мне вреда, но вёл себя необычно.
– Имя… – снова недоумённо прозвучало из темноты. – А у тебя есть имя?
– Есть, разумеется, – удивилась я. Мой собеседник был каким-то странным. – У всех есть имена. Меня зовут Гала, но друзья зовут меня Галкой. А какое имя у тебя?
– Получается, что у меня нет имени… – ответ прозвучал обескураженно и как-то по-детски. – Если оно есть, то я его не знаю.
Кажется, я начала понимать, кто обитал здесь во тьме. Всё это было мне знакомо.
– А как включить свет? – осведомилась я.
– Позади тебя, на стене выключатель, – ответил голос.
Привычно хлопнув по кнопке, я зажмурилась от непривычно яркого света. Когда глаза привыкли к освещению, я увидела довольно большой ангар и огромный предмет ещё частично скрытый от моего взора. Я потащила на себя угол чехла, и он окончательно сполз на пол.
Ну да. Как я и думала…

Передо мной открылся корабль. Живой корабль. Живчик. Обычный стандартный живчик типа ‘Элронд’. Таким был погибший на той безымянной планете Зяблик.

– Разве твой хозяин не дал тебе имени? – спросила я, боясь поверить в удачу.
– Нет… – обиженно сообщил кораблик. – Я знаю, новый хозяин обязательно должен дать мне имя. Но он пока этого не сделал.
– А давно ты здесь?
– Четыре месяца и двенадцать дней по земному календарю, – чётко ответил корабль. – Это много?
– Порядочно… – кивнула я.
Я осмотрела живчика со всех сторон. С виду он был в полном порядке: кабели стационарного питания подключены, люки задраены, внешние сенсоры чисты. Наверно, живчику было очень скучно, но он не голодал и был в хорошем состоянии.
Живой корабль без имени – неслыханная удача для меня. Живчик по интеллекту равен ребёнку четырёх-пяти лет. Он послушен хозяину, как собака, но мало кто помнит, что в нейроцепях у него стоит блокировка – приказывать кораблю может только хозяин. А хозяина корабль выбирает один раз, и им становился тот, кто дал ему имя.
Всё это я узнала, когда мы с Серёжкой оформляли регистрацию Зяблика. Продавец тогда, помнится, предупредил нас о важности процедуры, а когда мой муж пожелал, чтобы кораблём могли управлять двое, продавец объяснил эту особенность. Мол, невозможно это, только один хозяин и никак не иначе.
Как бы невзначай, я произнесла:

– Хочешь, я дам тебе имя? Тогда ты будешь, как все. Хочешь?
– Хочу, – простодушно ответил корабль.
– Тебе нравится имя Зяблик? – спросила я.
– Нравится. А что такое зяблик?
– Это птичка такая. Живёт в земных лесах. Скромная, но милая.
– Это хорошее имя, – согласился живчик.
– Тогда я буду звать тебя Зябликом. Отныне, корабль, твоё имя – Зяблик, – торжественно произнесла я кодовую фразу.
Внешне ничего не произошло, но я знала, что во внутренних цепях корабля в этот важный миг происходит огромная работа – командные процессоры получают новые приоритеты, системы управления переключаются на обновлённые параметры, вся личность корабля изменяется. Живчик перестраивается на исключительное повиновение мне и только мне. С этого момента лишь я могу управлять им.
– Зяблик, открой дверь, пожалуйста, – попросила я.
Корабль послушно распахнул шлюзовую перепонку. Это было очень кстати, я ужасно продрогла, а внутри корабля было тихо, тепло и безопасно. Теперь,