Имя для планеты

‘архангелы’ туго знали свое дело. Позади строя полицейских росла груда ножей, заточек, игральных карт и прочего ‘добра’. Был даже бластер, правда, неисправный. Ума не приложу, где его умудрялись прятать?
Нас вымыли сбивающей с ног струёй воды из пожарной системы. После этой ‘ванны’ от нас завоняло дешёвой дезинфекцией. Брезгливо морщась, Бэк называл это ‘тюремным одеколоном’, спрашивал можно ли заказать модельную стрижку и маникюр. Ребята ржали, ‘архангелы’ ухмылялись.
Потом всем выдали тюремные робы, ярко-красные, цвета варёных раков, а на карманах – трёхголовый пёс Цербер из древней земной мифологии. В пасти средней головы был зажат маленький человечек, гримаса ужаса на его лице различалась отчётливо.
Нас снова разбили на пары и мы вышли в коридор. Вдоль стен по всему коридору стояли вооружённые ‘архангелы’. Судя по красным огонькам на ружейных дисплеях, шутить они не собирались. Заключённые тоскливой вереницей смирно проследовали через коридор и оказались в извилистом проходе. Проход вёл вниз: кажется, мы покинули тюремный корабль, даже не поняв этого.

* * *

– Итак, что вы узнали? – спросил О’Доннел.
– Маркус не пришёл на встречу, – пожала плечами Дриадская.
– Заподозрил что-то?
– А что он мог заподозрить? – вопросом ответила женщина. – Нечего ему подозревать. Я имею право узнать хоть что-нибудь о том, кто меня нанимает и кидает. Скорее всего, что-то у него сорвалось…
– Узнали что-нибудь?
– Ага, кое-что… Познакомилась с его личным водилой. Он же телохранитель. Пообщалась и пообещалась, он и растаял. Сообщил одну интересную штуку…
– Какую штуку?
– Пассия, говорит, какая-то у Маркуса завелась. Водила не раз возил его на встречу. Говорит, давно он с ней кружит.
Дриадская выжидательно смотрела на Пата.

– Что ж тут необычного? Дело нормальное, мужское… – Пат усмехнулся.
– Э-э-э… – протянула красавица. – Если бы вы хоть немного знали Маркуса, то не думали бы так. Женщины его не интересуют. И мальчики – тоже. Вообще, Маркус и секс – две вещи несовместные. Вряд ли у него с этой пассией что-то романтическое. Это всё равно, что подозревать в нежных чувствах Главный вычислитель Академии наук. Там бизнес какой-то…
– И что это нам даёт? – осведомился Пат.
– Пока не знаю… – покачала головой Дриадская. – Но мы ведь хотели узнать что-нибудь о Маркусе? Мне кажется, это интересные сведения.
– Ну, если сопоставить с тем, что он затевает новую комбинацию, то новость, в самом деле, интересная, – согласился О’Доннел. – Что-нибудь ещё?
Женщина внимательно смотрела на него. В её мыслях Пат ощутил интерес, и, как ни странно – огромную симпатию. Вот уж чего он не ожидал…
– Адрес достать сможете? – краснея, как школьник, спросил он.
– Чей адрес? – не поняла Дриадская.
– Адрес пассии Маркуса.
– Не знает его водила. Они в отеле встречались…
– Название у отеля какое?
– Пансионат ‘Магнолия’.
– Покажете?

* * *

Смысл выражения ‘хреново’, которое услышал по поводу Цербера, я понял не сразу, потребовалось несколько дней.

По своей недальновидности я полагал, что раз на Цербер доставили почти весь экипаж ‘Марии Магдалины’, то и срок отбывать мы будем вместе. На деле оказалось по-другому. Нас распределили по всей планете, а Цербер не зря назывался планетой строгого режима. Мест, куда могли ‘законопатить’ там хватало. Администрацию можно понять. Если бы команду ‘Магдалины’ не раздробили, то спаянный, что называется ‘слётанный’ экипаж мог представлять реальную угрозу даже без оружия. А так, каждый сам по себе – разделяй и властвуй. Счастье ещё, что нас с Бэком не стали разделять, хотя, возможно, и здесь продолжала действовать его ‘волосатая’ лапа.

Нас туго сковали силовыми браслетами и пинками загнали в глайдер с наглухо заваренными иллюминаторами. Только потом я узнал, зачем это сделано – чем меньше заключённые будут знать о месте содержания, тем меньше у них будет шансов удрать. Куда может двинуть человек, сумевший выбраться на поверхность, если он ничего не знает? Для побега нужен план, а ‘пойти туда, не знаю куда’ планом быть не может.

– Выметайтесь! – рявкнул сопровождающий сержант-‘архангел’, когда мы прибыли.
Охрана взяла оружие наизготовку. Мы вымелись.

– Запоминай… – прошептал мне Бэк.
Снова коридор, полого уходящий вниз. Старомодный лифт с гремучими дверями пропустил нас внутрь, как будто проглотил. Наверху загрохотало – техника на грани фантастики… Счастье, что она вообще работала.
Проход по извилистым коридорам я запомнил плохо, хотя старался изо всех сил. Ну не было у меня навыков брожения по тюремным закоулкам! ‘Зачем