После очередных раскопок в Гватемале, Индиана Джонс возвращается в Нью-Йорк, где он получает фрагмент из дневника полковника Перси Фосетта – пропавшего без вести английского исследователя.
Авторы: Макгрегор Роб
а третьи — в зеленые. Затем, опять-таки без видимого сигнала, они завели песнопение, снова и снова повторяя один и тот же рефрен. Звуки речитатива заполнили площадь; Инди изумила великолепная акустика. Пожалуй, с центра площади можно разговаривать с кем-нибудь на периметре, даже не напрягая голоса.
Оглянувшись на Дейрдру, он понял, что слова речитатива понятны ей. Заметив его взгляд, она кивнула и прошептала ему на ухо перевод:
Дай нам силу, дай нам защиту,
Исцели хворобы, укрепи вуаль.
Наши предки потоп пережили.
Сделай так, чтоб мы кровь освежили,
Исцели хворобы, укрепи вуаль.
«Потрясающе», — подумал Инди, прекрасно уяснив, что они понимают под освежением крови. Он обожает женщин и любовные утехи, но если эта веселая компания надеется, что он до конца дней будет разыгрывать из себя племенного жеребца, то их ждет большой сюрприз.
Песнопения длились минуты две, а затем оборвались столь же внезапно, как и начались. Личности в балахонах прошествовали колонной по площади и взошли по ступеням в казенный дом.
Раэла сделала знак следовать за ними, и все втроем двинулись к зданию. По пути Инди озирался, высматривая возможные пути бегства. Впрочем, непонятно, в какую сторону бежать — зато совершенно очевидно, что далеко убежать не удастся.
– Если вы не против, я буду говорить перед Советом от вашего лица.
– И что же ты собираешься сказать? — осведомился Инди.
– Буду стараться изо всех сил, чтобы вам было позволено уйти. У нас многовековая история свободы, и она должна распространяться и на вас.
Инди еще не решил, стоит ли Раэла доверия.
– А что, если нам твои слова придутся не по вкусу?
– Тогда ты сможешь возразить или выступить от своего имени сам. Но я бы этого не рекомендовала. Это было бы сродни попытке взять на себя роль собственного адвоката в вашем суде, будучи не вполне знакомым с процедурой.
– Разве нас ждет приговор? — поинтересовался он, поднимаясь по ступеням крыльца и направляясь к двери, за которой скрылись облаченные в балахоны члены Совета.
– Не то чтобы приговор, а скорей постановление, решающее вашу судьбу.
– Судя по всему, мы в большой беде, — сделала вывод Дейрдра.
– Вы, по вашему выражению, идете по тонкому льду, и ни один из вас пока даже не догадывается, что таится подо льдом. Но очень скоро вы это узнаете.
Одолев лестницу, они прошли под аркой входа в вестибюль, больше напоминающий оранжерею — тридцатифутовые деревья достают почти до застекленного потолка, здесь же фонтан и прудик в окружении кустов и цветущих клумб. Троица быстро пересекла вестибюль и вошла в коридор с роскошными деревянными панелями на стенах и затейливыми резными фризами. Хоть деревья тут и почитаются священными, но ремесло столяра явно в чести.
Раэла кивком указала нужную дверь, и они ступили в круглый зал. Первым делом Инди узрел огромный Глаз Бела, начертанный на стене напротив входа. Казалось, его взгляд устремлен прямо на Инди. Рядом виднелась надпись на огаме. В центре зала стоял круглый деревянный стол, достаточно обширный, чтобы за ним могли усесться все члены Совета. Как раз сейчас они рассаживались, а посетителей Раэла направила к возвышению с несколькими рядами стульев возле стены под Глазом Бела.
Члены Совета с любопытством разглядывали чужаков. Среди них было несколько метисов, но подавляющее большинство собравшихся — загорелых, светловолосых и голубоглазых — явно вели свое происхождение от кельтов. Среди них Инди углядел Амержина; капюшон у него был откинут, а взгляд буквально прикован к Инди. Встретившись с ним глазами, Инди вдруг вспомнил его визит, а заодно все то, о чем рассказывала Дейрдра: газету, пистолет и выстрел.
И тотчас же осознал кое-что еще. Ему припомнились слова Амержина о том, что они получают урок обычаев Сейбы. Этим городом правят сны, а это означает, что так называемые вуали имеют отношение и к снам, но не только к ним одним. Они могут управлять памятью. Вот почему Инди не мог вспомнить свой сон, а Дейрдра не помнила прихода Фосетта. Выходит, что во время визита полковника они спали, хоть это и кажется невероятным — да и теперь спят. Затем в памяти Инди всплыли слова из дневника Фосетта: «Они выбирают Совет во сне». Это правительство грез.
Тем временем мужчина с пышной седой бородой, сидевший через пару стульев от Амержина, повел речь, снова и снова повторяя что-то. Инди сосредоточился на его словах и вдруг уразумел, что понимает все, от слова до слова. Седобородый говорил, что все важные решения, сказывающиеся
