Инфекция

Стой, — сказала она хриплым голосом, потом подняла руку и

шагнула вперед, закричав, — Остановись!

Она двинулась к внедорожнику, и тут водитель нажал на газ. Она

даже не пошелохнулась. Узнав ее форму, водитель с коротким визгом

затормозил, остановив автомобиль в каких то дюймах от нее. Он

уставился на нее сквозь стекло, хватая ртом воздух. Его глаза медленно

наполнились пониманием и раскаянием. По щекам потекли слезы.

Уэнди подняла пистолет и выстрелила, проделав в лобовом стекле

три отверстия. Кабина заполнилась дымом. По стеклу потекла кровь.

Она пожалела, что у нее было мало патронов.

Потом Уэнди снова очутилась в классе. Она сжимала руками лицо

Сержанта и смотрела ему в глаза.

Она знала, что значит потерять над собой контроль.

— Я с тобой, милый, — сказала Уэнди. — Я с тобой.

*

После короткого медосмотра Тодд поспешил в центр обработки

данных: жаркое помещение, забитое людьми и столами с различными

табличками и флажками, в котором раньше был школьный спортзал.

Люди сидели за столами, разговаривая с сидящими или стоящими

кандидатами, остальные сидели вдоль стен, обмахиваясь кусками

картона с номерами. На него тут же обрушилась волна кислого запаха

пота, почти лишив возможности дышать. В таком жарком помещении

было столько потеющих людей, что в воздухе висел туман, поднимавшийся в лучах солнечного света, которые проникали сквозь

застекленную крышу. За одним из столов он заметил Этана, но других

выживших не было видно. У него бешено заколотилось сердце, когда он

понял, что они уже прошли обработку и забыли про него. Он был
последним в очереди на медосмотр, и вероятно слишком много времени

провел в туалете, сидя на настоящем унитазе, окруженный четырьмя

стенами. Он даже возбудился от такого блаженного уединения. Его

мысли сбились, когда какой-то проходивший мимо мужчина задел его

плечом, пробормотав извинения.

Его первым впечатлением было то, что в лагерь продолжает

поступать огромное количество беженцев, но вскоре он понял, что все

управленческие дела делаются здесь, от приема на работу и замены

удостоверений личности до заявлений о совершенных преступлениях. За

некоторыми столами сидели проницательные, гладко выбритые мужчины

в деловых костюмах под американскими и другими флагами, представляющие различные органы государственной и местной власти.

Тодд посчитал, что они относятся к отделу рекламаций. Вы приходите

сюда с жалобой, а в ответ получаете плохие новости.

Тодд взял номер, нашел себе место на полу и стал обмахиваться

картонкой как все остальные, стараясь держать Этана в поле зрения. Тот

уже перешел к другому столу, держа пораненный палец вверх. Похоже, ищет свою жену и дочь. Тодд уже смирился с тем, что его отец мертв или

инфицирован, как и все остальные тунеядцы из его офиса, и с тем, что

его мать тоже инфицирована. Ему было жалко Этана, но жить как

испорченный компакт-диск, который постоянно пропускает твою

любимую песню, это все равно, что не жить.

Наконец назвали его номер, и он оказался у столика для пикника, за которым сидела рыжая женщина, которая смотрела на него так, будто

он ударил ей в лицо. Шлепнув на стол перед собой учетную карточку, она начала записывать в нее его данные – имя, прежнее место

жительства, номер страхового свидетельства, пол, возраст, рост, цвет

глаз, ближайших родственников и краткую медицинскую историю.

— Ты учился в средней школе? – спросила она, задержав ручку над

карточкой.

— Да, мэм, — ответил Тодд учтивым тоном, которым он обычно

разговаривал с учителями.

— В каком классе?
— В выпускном, — ответил он, в глубине души боясь, что женщина

проверяет его, понимая, что он лжет ей и про класс и про возраст. Но

потом он заметил стопки учетных карточек, перевязанных резинками, собираемые другими чиновниками, и понял, что может говорить все, что

угодно, и никто никогда не подтвердит и не опровергнет это.

— Хочешь снова ходить в школу? Мы проводим здесь обучение.

Сможешь получить диплом.

— Нет, спасибо, — радостно ответил Тодд. Он изо всех пытался

придумать, как оправдать это решение.

Женщина равнодушно пожала плечами.

— Какие-нибудь профессиональные навыки имеешь? – спросила

она.

— У меня раньше была работа, но не требующая профессиональных

навыков, — сказал он. – Хотя я очень