Август 1941 года. В тылу вермахта остался сельский район, где только что отгремели бои, и на поле сражения лежат неубранные тела убитых красноармейцев. Население растеряно. В этот момент здесь появляется наш современник. Он оказался в прошлом случайно и в любой момент может возвратиться домой. Но это означает бросить в беде людей, которые на пришельца надеются.
Авторы: Дроздов Анатолий Федорович
заставила тащиться через город… Считаете, я садистка?
Ольга отвела его к знакомому дивану, достала из холодильника поднос с бутербродами и двумя коньячными бокалами. Между бокалами ютилась бутылка «Хенесси».
«Везет мне! — подумал Крайнев, выкручивая пробку. — В прошлый раз «Хенесси» наливал Пищалов, сегодня — Ольга. Так и привыкнуть можно…»
Он плеснул ей на донышко, себе наполнил на треть. Оба молча чокнулись и пригубили. Крайнев откинулся на спинку дивана, с наслаждением ощущая, как мягкий огонь бежит по крови, вымывая из нее пивной шлак. Голова отяжелела, но зато пропала скованность и тягостные мысли. Крайнев сделал второй глоток и с удовольствием зажевал бутербродом с икрой. Икра была черная. Ольга не ела. Грела в ладонях свой бокал, внимательно разглядывая гостя.
— Спасибо! — поклонился Крайнев.
— Бог подаст! — вздохнула она, ставя бокал. — Сорвали мне работу!
— Экая беда! — успокоил Крайнев.
— Угораздило вас напиться! Стаканами глушили?
— Из горла…
Она не выдержала и рассмеялась.
— Я еще песни пел…
— Никогда б не подумала!
— Плохо меня не знаете!
— Заблуждаетесь! — возразила Ольга. — Думаете, папа доверит не проверенному человеку капитал? Да вас просветили рентгеном! По всем отчетам — непьющий. И вдруг…
— Ясно! — сказал Крайнев, ставя бокал. — Значит, встреча в кабинете отца — не случайность? Приглашение в мастерскую тоже? Вы ведь не пишете портреты, Ольга! Там, — Крайнев кивнул в сторону мастерской, — на стенах ни одного. Поступило задание? В дополнение к рентгену провести мануальное обследование?
— Не хамите! — нахмурилась Ольга. — Не в пивной!
— Извините, леди! — Крайнев встал. — Покорный раб ваших миллионов забылся. Не следовало наливать ему «Хенесси» и кормить икрой. Он расслабился и возомнил…
— Сядь!
Крайнев изумленно воззрился на нее.
— Да сядь ты!
Она подскочила и с силой надавила на его плечи. Для этого ей пришлось встать на цыпочки. Крайнев плюхнулся на диван.
— Обиделся он! — сердито сказала Ольга. — А я — нет? Какое задание? Кто его мне, — она выделила «мне», — может его дать? Соображаешь, что говоришь?
— Разве мы на «ты»? — вяло возразил Крайнев.
— Будем!
Ольга сунула ему бокал. Она переплели локти (Крайнев машинально подчинялся) и допили коньяк. После чего поцеловались. Вернее, Ольга чмокнула его в губы.
— Доволен?
Крайнев провел ладонью под подбородком, демонстрируя насыщение. Ольга засмеялась.
— Сукин ты сын!
— Еще какой! — подтвердил Крайнев.
— Что взъерошился?
— Не люблю, когда меня разглядывают.
— Не разглядывают, а смотрят.
— Какая разница?
— Большая! Разглядывают зверей в цирке, смотрят на человека.
— Чего на меня смотреть?
— Интересно.
— Кому?
— Мне?
— Почему?
— Давно тебя знаю.
Брови Крайнева поползли вверх.
— Забываешь, что я наследница миллионов, — усмехнулась Ольга — Папа с детства учил: персонал надо знать как себя. Биография, семейное положение, склонности, привычки… Служба безопасности ведет досье, но оно большей частью формальное. Папа брал меня на каждый корпоратив, показывал людей, учил незаметно наблюдать за ними, замечать, как себя ведут… На последнем празднике в честь юбилея я стояла рядом с отцом.
— Не заметил! — признался Крайнев.
— Мне следовало обидеться, — хмыкнула Ольга. — Но я добрая. Ты женщин не замечал. Ел, пил, шептался с дружком. Потом к вам подплыла девица, вы ее отшили и ушли вместе.
— Пьянствовать…
— Я подумала о другом. В досье значится: «не интересуется женщинами». Даже пожалела: такой симпатичный — и голубой!
Крайнев обиженно засопел.
— Остынь! — успокоила Ольга. — Я ошибалась. Достаточно вспомнить, как ты смотрел на меня. Боялась: изнасилует прямо у мольберта!
Крайнев смутился.
— Раньше ты мне не нравился, — продолжила Ольга, — хотя папа рекомендовал. Умный, честный, исполнительный, с отличной памятью — хороший клерк, надежный винтик в налаженной машине. Симпатичный, но глаза холодные. Лощеная физиономия из делового журнала: гладкая, довольная и пустая. Вдруг вижу: изменился! Живое лицо, огонь в глазах, спинка прямая… Папа не звал меня в кабинет на тебя смотреть, сама напросилась. Смею думать, понравилась. Ты спустился в холл, стал разглядывать картины. Раньше не замечал?
Крайнев кивнул.
— Что произошло в последние месяцы? Новое хобби, предложение работы, любовь?
Крайнев не ответил.
— Ну да! — вздохнула Ольга. — Мануальное обследование. Наследница миллионов
