Золотая кольчуга смертницы, сундук в море, наркотики в журнале комиксов, перстень шаха и зарытая под акацией жестяная банка — все это в необычайных приключениях старшего лейтенанта Евы Кургановой, ее подруги психолога Далилы и отстрельщика Хрустова: Кому достанется заветная тетрадь — мемуары киллера Слоника? Как провезти через границу три килограмма героина? Как умереть и остаться живой? Как выиграть ребенка и вывезти его из публичного дома? Она, Ева Курганова, агент службы безопасности, это знает.
Авторы: Васина Нина Степановна
Отец уже знал, что Хамид просто смотрел. Он не мог понять, почему сын не ушел.
«Я хотел посмотреть…» — сказал Хамид, судорожно сдерживая тошноту.
«Что ты хотел увидеть?» — спросил отец.
«Как она умрет…»
Отец Хамида был человек богатый, все в городе были уверены, что второго «просто смотревшего» посадят с остальными, а Хамида отец выкупит — все-таки младший, девятый, последний.
Но отец заявил, что его младший уже взрослый и все понимает. Пусть отвечает за свою глупость.
Хамида отвезли в специальный интернат для малолетних преступников, где он встретил Федю, а потом Макса.
Красивому мальчику повезло, потому что, когда он приехал, в интернате был самый настоящий тиф, никто не проверял на прочность новичка — крутые преступники от тринадцати до шестнадцати лет старались выжить любыми способами. Умерших детей вывозили в крематорий по ночам, тайком, сработавшийся коллектив исправительного учреждения не дал просочиться даже слухам, рискуя собственным здоровьем. Половина смотрителей обрилась наголо для профилактики, дежурили круглосуточно, в коридорах стоял страшный запах дезинфекции и смерти.
За неделю вши были истреблены, коллектив интерната пошел в подвалы старого здания войной на крыс.
Хамид хорошо помнил летний полдень слабого солнца, когда на прогулочный двор привели новичка.
Федя стоял, широко расставив ноги, голова опущена, вся его коренастая крепкая фигура говорила о готовности драться. Драться было особо не с кем. Здоровые затаились, тревожно вслушиваясь в организм, боясь спугнуть неосторожным контактом надежду не заболеть.
Хамид поднялся, оттолкнувшись спиной от стены, и пошел навстречу Феде.
— Привет, смертничек, — сказал он почти чисто по-русски.
— Это мы еще посмотрим — Федя показал большой кулак.
На близкой станции кричали залетные поезда, трепыхался на кочегарке грязным бинтом транспарант с красными подтеками букв: «ХАЙ ЖИВЭ РАДЯНСЬКА УКРАИНА!»
Ева заторможенно рассматривала маленькую невесомую кучку цветного шелка на полу. Она попросила что-нибудь поприличней из одежды, но когда рассмотрела, что ей принесла сухая и вредная старуха на каблуках, почувствовала, что тонкая болезненная ниточка дернулась внутри: опасность!
Из кучки выделялись два металлических предмета, два позолоченных конуса, на остриях висели на маленьких цепочках блестящие камушки. С двух сторон каждого конуса отходили еще цепочки потолще, с крючками. Ева удивленно разглядывала это, совершенно ничего не понимая, когда услышала противный голос старухи, почти шепот.
— Что, не ваш размер? — Лиза уже стояла рядом. Как она только ухитрялась подходить бесшумно?
Этот большой дворец не имел дверей внутри. Если не считать входную. Потом только арки, какие-то пологи, ковры, легкие прозрачные занавески.
Ева молчала. Она выпрямилась и смотрела на Лизу сверху, придерживая на груди полотенце.
— Это надевают на грудь. Если,
