Золотая кольчуга смертницы, сундук в море, наркотики в журнале комиксов, перстень шаха и зарытая под акацией жестяная банка — все это в необычайных приключениях старшего лейтенанта Евы Кургановой, ее подруги психолога Далилы и отстрельщика Хрустова: Кому достанется заветная тетрадь — мемуары киллера Слоника? Как провезти через границу три килограмма героина? Как умереть и остаться живой? Как выиграть ребенка и вывезти его из публичного дома? Она, Ева Курганова, агент службы безопасности, это знает.
Авторы: Васина Нина Степановна
Она ненормальная, стрелять по таким дорогим вещам! У меня везде картины, антиквариат!
— Зачем ты ее вообще тогда притащил к себе? — перешел на «ты» начинающий хмелеть Хрустов.
— Професси-ик! — ональная тайна, — справился с икотой адвокат и поднял палец. — Работа у меня такая опасная, тащу что ни попа-дя… Да… А если серьезно, то на нее был заказ.
— Ну?! — поразился Хрустов. — Ее заказали?!
— Совершенно верно. За-заказали. Заказали найти и заплатили деньги. Я и нашел! Сплошные неприятности — это все, что я имею от такой находки, уверяю вас. Ко мне больше не ходят клиенты. Если ко мне кто-то идет русский, значит, это связано с ней. Это же уму непостижимо! Такой большой город, такой большой мир вокруг!..
— Выпьем за мир между народами! — кивнул отстрельщик.
— Да, любезный, мир — это… Во всем мире полно адвокатов, почему я?
— И ты ничем не можешь мне помочь, — не спрашивал, а грустно утверждал отстрельщик.
— Мой слуга, — адвокат доверительно склонился к Хрустову, — знает про нее все!
Он даже делал ей клизму! — Адвокат серьезно кивал головой, свернув губы трубочкой.
— Боже! — Отстрельщик откинулся в удобном кресле и потер лицо ладонями. — Чего только не делает с мужиком красивая баба!
— Он китаец, — уточнил адвокат.
— А зачем она стреляла в доме, кого-то ловила? — Хрустов закрыл глаза, погружаясь в спокойную дрему. — У нее было оружие?..
— Нет. Она поспорила с китайцем. Китаец проспорил, а она прострелила мне панель. Дубовую. Сделана на заказ. Я до сих пор не знаю, как приступить к починке. А оружие это мое. Я им никогда не пользовался, так, держал на всякий случай.
— Лупу! — крикнул отстрельщик, резко выпрямившись в кресле. — Оружие! Сидеть! Я сам возьму!
Адвокат дернулся и заслонился руками.
Китаец принес пистолет, держа его, как и приказал отстрельщик, за дуло двумя пальцами. Китаец сказал, что именно так он и предпочитает носить «такой гадость».
Отстрельщик бережно брал пистолет, осторожно дышал на него, нашаривал на столе адвоката лупу и смотрел в нее.
Китаец раз десять повторил, что после выстрела Ева протянула ему пистолет, он взял его за дуло, держа от себя подальше, и отнес в столик тумбочки на место.
Китаец поднимал растопыренные ладони, демонстрируя белоснежные перчатки.
Адвокат уверял, что слуга всегда в перчатках.
Веселый отстрельщик выковыривал из панели пулю.
Адвокат не понимал совершенно ничего из происходящего. Он был пьян и радовался, что его не будут сегодня убивать.
Ева Курганова сказала Лариске, что письменный отчет по поводу найденных в ее квартире прослушек ей «на фиг не нужен», поэтому Лариска, по-кошачьи сыто жмурясь, ударилась в пространную лекцию о современных средствах прослушивания и довела Еву до полного оцепенения.
Они сидели в кабинете Лариски. Ева узнала, что в Пентагоне приспособились так заполнять пломбы в зубах, что туда помещаются…
— Минутку, подожди, скажи про меня!
— Про тебя все примитивно. У нас в стране хоть и царит полная неразбериха, но новейшие средства связи не проблема. Твои прослуш-ки поставили красивые мальчики-федеральчи-ки! Знаешь, это еще ничего — три прослушки, и все их, а вот в одной квартире было три прослушки из трех контор! Военная разведка, федералы и внутренние органы одно место слушали!
— Бывает, что ты ошибаешься? — прикинула несколько вариантов про себя Ева.
— Бывает, а как же. Например, эти прослушки мальчик-федеральчик подарил первому попавшемуся сантехнику, а тот влепил для балды. Это их методика, понимаешь? В этом я не ошибаюсь.
— При чем тут сантехники?! А если кто-то хочет, чтобы я думала так же, как ты?
— Да я не думаю, я смотрю и вижу, а ты делай что умеешь. А прослушки такие, что должны висеть на трубах.
— Я ухожу работать в страховую компанию.
— Да хоть в булочную, только будь поосторожней и не лезь на рожон. И знаешь что. Я в декрет не скоро. Если там тебе в булочной что-нибудь понадобится, звони. Тебе оружие дадут?
— Не знаю…
— Я могу дать телефон. Там все чистое. И недорого.
— Лариска, — Ева приблизила свое лицо близко к слегка отекшему лицу с припухшими глазами и дружными морщинками у рта, — я нигде и никто! На кой черт мне сдался пистолет?
— Все проходит, — любовалась Лариска цветом слегка разведенных чернил под длинными черными ресницами. — И любовь и радость. А оружие — вечно. Перетерпи, жёнка, и беда забудет про тебя.
— Спасибо тебе! — Ева взяла сухую крепкую руку в ладони и погладила.
— И тебе спасибо! Я как с испугу тогда в кабинете Козлова на пол шлепнулась, сразу вспомнила и про зарядку по утрам, и про быcтрую
