При первой встрече он убил ее мужа. Ну и что, что почти «бывшего»? Инга была из тех, кто умел сохранить при расставании дружеские отношения. Так что такое начало вряд ли могло сулить хорошее развитие знакомства. Когда они встретились во второй раз – он пришел убивать ее. Не подумайте, что он маньяк или пытался свести какие-то счеты. Ничего личного, только работа.
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
Ингу, что остальное в принципе отошло на задний план, до лучшего времени для анализа.
Пока мимо их дома не проехала машина.
Чужая. Милицейская.
Инга поначалу даже не сразу сообразила, что это за шум. Отвыкла как-то, да и звук работающего двигателя здесь – стойко ассоциировался у нее с Нестором, но он-то как раз никуда не уезжал, а сидел на кровати. А Инга сидела на его коленях, пока он вертел в своей руке ее ладонь, зачем-то внимательно изучая каждый палец. Так сосредоточенно, словно в мире важнее ничего этой ладони и не было, а он хотел запомнить точное расположение каждой линии, подживших трещин и заусениц у ногтей. Которые он все-таки сам обрезал, так и не вернув ей ножницы. Инге от этого хотелось стукнуться головой об стену. Или его стукнуть.
Потому она и обратила внимание на шум в принципе: Лютый отвлекся, что практически не случалось, когда он задавался целью что-то в ней изучить. Поднял голову. Прислушался. А потом аккуратно пересадил Ингу на постель и поднялся. Вышел из спальни, видимо, собираясь из окон кухни посмотреть на дорогу.
Инга тут же подскочила и пошла следом, начав испытывать некоторую тревогу. Ей не понравилось, что Нестор, определенно, насторожился. А в эквиваленте проявляемых им эмоций (если, конечно, они не занимались сексом) такое – даже немного пугало. Она попыталась рассмотреть что-то из-за плеча Нестора, который уже вглядывался во окно. Но ей никто не позволил: он тут же выставил руку и преградил Инге дорогу. После чего вовсе задвинул ее глубже себе за спину. Но Инга все равно привстала на носочках, стараясь рассмотреть движущийся автомобиль. А Нестор, хоть и заметил, не помешал, и сам сосредоточившись.
Машина приближалась, уже становилась отчетливо видна синяя надпись на желтом фоне и «мигалка» на крыше. И чем ближе она подъезжала, тем заметнее было, что скорость машины снижается. Наконец, у ворот, автомобиль полностью затормозил. Однако наружу никто не торопился – Нестор не позволял собаке оставаться во дворе, ведь теперь они каждый день «гуляли». И если псина не убегала в лес, что периодически случалось, хоть и ненадолго, то всегда крутилась рядом с забором. Сейчас же она буквально бросилась под колеса и яростно лаяла на незваных гостей.
У Инги внутри плеснулся кислотой страх, вперемешку с паникой. Почти забытые, уже даже непривычные эмоции, которые она после возвращения Лютого не испытывала. Неужели ее нашли? Кто-то узнал, где она? Откуда, как?
Нестор обернулся и внимательно глянул на нее, словно ощутив это.
Снаружи раздался резкий сигнал. Кто бы там не приехал, он явно хотел поговорить с хозяином дома.
– Я выйду. Сиди в спальне. – Он чуть сильнее сжал ее плечо, словно приободрить старался.
Но Инга вцепилась в него, вместо того, чтобы послушно идти обратно.
– Нестор, – выдохнула она.
И, удивив даже саму себя, прижалась всем телом к нему. Обхватила шею Нестора руками, притиснулась лицом к его коже. Как маленькие дети мать обнимают, не желая отпускать на работу. Поцеловала его подбородок.
Но больше ничего не говорила. А что тут скажешь? Не ходи? Смысл? Милицию в их стране никакие ворота или запоры не остановят, как и отсутствие хозяев, коли появится желание в дом зайти. Еще и собаку пристрелить могут, чтобы не мешала. А Инга не хотела для животного подобной судьбы, уже привязалась.
Так что они ничего не выиграют, притворяясь, словно бы никого нет.
– Иди в спальню, – повторил Нестор.
И ни какую-то секунду сильно прижался губами к ее виску.
Он так странно ее целовал всегда. Так бескомпромиссно и твердо. Но с такой глубиной, скрытой за этой твердостью, что Инге каждый раз едва удавалось сдержать выступающие слезы. Не боли. Какого-то странного сопереживания ему. Сопричастности к этому мужчине.
– Иди.
Нестор отстранился и даже немного подтолкнул ее в сторону коридорчика. А сам пошел к входной двери.
Понимая, что он больше ее знает о том, как себя вести, Инга вернулась в спальню.
Он ничего не выиграл бы, затаившись. Во дворе стояла припаркованная машина, а на бельевой веревке сохла выстиранная одежда. И его, и Инги. Прятаться от милиционеров при таком раскладе – предельно глупо. Факт. Да и они наверняка знали, что где-то здесь минимум двое человек: на заправке могли выяснить про его визиты и покупки, да и в поселке он бывал часто.
Вероятность того, что Ингу каким-то образом выследили через него, и сейчас явились ее арестовывать – мизерна. Это тоже факт. И хоть Лютый не имел понятия, что милиция тут делала – более разумным счел выйти и выяснить.
– Тихо! – велел он собаке, тут же рванувшей к калитке, стоило ему оказаться на улице.
Псина замолкла и завиляла хвостом, наблюдая
