Исход

единой целью? Он не умел читать, но каким-то непостижимым образом уловил суть.
На кофейном столике лежал огромный пожарный кран. На подоконнике, где она могла улавливать солнечные лучи и отбрасывать холодные голубые блики на потолок, расположилась полицейская мигалка.
Том провел их по всему дому. Игровая комната на первом этаже была забита чучелами птиц и зверей, раздобытых Томом в таксидермическом

магазине; он подвесил птиц на почти невидимую проволоку, и поэтому казалось, что они парят над вами — совы, ястребы и даже лысый орел с побитым молью оперением и с единственным желтым стеклянным глазом. Тетерев стоял на своих тонких ножках в одном углу комнаты, скунс — в другом, суслик — в третьем, а ласка — в четвертом. А в центре комнаты в окружении более мелких животных расположился койот.
Перила лестницы, ведущей вверх, были оклеены по диагонали красными и белыми полосками липкой ленты, напоминая шест у входа в парикмахерскую. Коридор верхнего этажа украшали боевые самолетики, также подвешенные на проволоке, — «фокке-вульфы», «спитфайры», «зеро», «мессершмитты». В ванной на ярко-голубом полу расположилась огромная флотилия игрушечных корабликов, плавающих по эмалевому морю вокруг четырех островов и одного огромного материка — ножек ванны и основания унитаза.
Наконец Том проводил их снова вниз, и они уселись перед грудой объявлений о приеме кредитных карточек, лицом к огромной фотографии Джона и Роберта Кеннеди на фоне золотистых облаков. Подпись внизу гласила: «БРАТЬЯ ВМЕСТЕ В РАЮ».
— Вам нравится, как Том украсил свой дом? Что вы скажете? Хорошо?
— Очень хорошо, — ответил Стью. — Скажи мне, эти птицы внизу… они не действуют тебе на нервы?
— Господи, нет! — с удивлением воскликнул Том. — Они же набиты опилками!
Ник передал записку Ральфу.
— Том, Ник хочет узнать, не против ли ты, чтобы тебя снова загипнотизировали? Как делал это Стэн. Но теперь это не игра, это очень важно. Ник говорит, что потом он все объяснит.
— Давайте, — ответил Том. — Ты-и-и-и… стано-о-о-вишься… оче-е-ень… сон-н-ным… это?
— Да, именно так, — подтвердил Ральф.
— Вы хотите, чтобы я снова смотрел на часы? Я не возражаю. Знаете, особенно когда они качаются. Оче-е-е-нь… сон-н-н-ым… — Том с сомнением взглянул на них. — Только вот я совсем не хочу спать. Клянусь, нет. Вчера я рано лег. Том Каллен всегда ложится спать рано, потому что нет телевизора, который можно было бы смотреть.
Стью вкрадчиво произнес:
— Том, ты хотел бы увидеть слона?
Глаза Тома немедленно закрылись. Голова расслабленно упала на грудь. Дыхание замедлилось, стало глубоким и спокойным. Стью с огромным удивлением наблюдал за происходящим. Ник сообщил ему кодовую фразу, но Стью не был уверен, что она сработает. И уж никак он не ожидал, что все произойдет настолько быстро.
— Все равно что засунуть голову курицы под крыло, — удивленно пробормотал Ральф.
Ник вручил Стью «конспект» предстоящего сеанса. Стью внимательно посмотрел на Ника. Ник выдержал его взгляд и кивком дал понять, чтобы он продолжал дальше.
— Том, ты меня слышишь? — спросил Стью.
— Да, я тебя слышу, — ответил Том, и от тона его голоса у Стью мороз пошел по коже.
Это не был привычный голос Тома. — Стью не мог дать ему конкретное определение. Это напомнило ему то, что случилось, когда восемнадцатилетний Стью заканчивал школу. Они находились в мужской раздевалке, все парни, с которыми он вместе учился в школе с… с самого первого класса. И всего на какое-то мгновение он увидел, насколько сильно изменились их лица за это время. Тогда у него мороз пробежал по коже, сейчас произошло то же самое. Лица, на которые он смотрел, больше не были лицами друзей… но они еще и не стали лицами мужчин. Это были лица преддверия, выхваченные в промежутке между двумя вполне определенными состояниями человеческой жизни. Этот голос, доносившийся из страны теней подсознания Тома Каллена, напоминал те лица, он был тусклым и неопределенным. Стью подумал, что этот голос как бы доносится из потустороннего мира.
— Меня зовут Стью Редмен, Том.
— Да. Стью Редмен.
— Ник тоже здесь.
— Да. Ник здесь.
— И Ральф Брентнер здесь.
— Да. Ральф тоже здесь.
— Мы твои друзья.
— Я знаю.
— Мы хотим, чтобы ты кое-что сделал, Том. Для Зоны. Это опасно.
— Опасно…
Озабоченность, словно тень облачка, медленно плывущая по летнему пшеничному полю, появилась на лице Тома.
— Мне нужно бояться? Мне нужно… — Вздохнув, он замолчал.
Стью взволнованно посмотрел на Ника. Ник показал: «Да».
— Это он, — сказал