Разумеется, среди женщин есть счастливицы, которых мужчины никогда не бросали. Возможно даже, таких большинство. Но если ты не из их числа, и тебе не повезло? Если муж оставил тебя одну с детьми на руках, без всяких средств к существованию и с огромным денежным долгом. Тебе хочется выть? О’кей, твое право – немного можешь поплакать. Только сильно не увлекайся! Лучше подумай, а вдруг все к лучшему? Ведь ты красива, умна, энергична. Сексуальна, в конце концов! Ты забыла об этом? Тогда самое время вспомнить, что тебе все по плечу, что весь мир ляжет к твоим ногам, стоит тебе только этого захотеть!
Авторы: Веденская Татьяна Евгеньевна
Света, – звони дальше. Просто пометь, что она под авансом.
Еще у меня нарисовалась другая проблема, я не могла разобраться в тарабарщине объявлений. Когда я видела перед собой нечто вроде «Беляево 2 к. кв. 10 п., ул. Ак. Арцимовича, 12 11\12п 53\30\8 л, т, сур, мусоропр., лин, 85 000 $, инфр, парк, первич., альт.», я прямо сказать, терялась. Что такое л, т, сур? А первич? А альт? Ну причем тут альт? К слову сказать, я опытным путем установила, что чтобы научиться быстро и без закипания мозга читать эти шифровки, нужно практиковаться около месяца. В ночь после первого моего «крутого обзвона» я не могла уснуть. Чуть только я прикрывала глаза и погружалась в дрему, передо мной мелькали шрифты, буквы, номера телефонов. Всю ночь я в голове продолжала разговоры, набирала номера, спрашивала, уточняла, записывала. И все мои жертвы были принесены впустую, так как оказалось, что Лукину были нужны только свободные однушки. А их в моем списке было всего три или четыре.
– А зачем ты прозванивала все квартиры подряд, детка?
– Вы сами так велели! – возмутилась я, но он не проникся раскаянием.
– Ладно, я дам тебе телефон клиентки. Надо ей показать вот эти две однушечки. И прозвони сегодняшние новые, распечатай из базы. И еще, не хочу ругаться, так как ты еще новичек. Но документы в ЖЭКах надо проверять. Тебе выдали выписку с опечаткой. А у меня послезавтра сделка, так что придется тебе сегодня ее поменять. И все сверь с доверенностью, а то еще сорвешь мне сделку.
– Хорошо, я постараюсь. – Вот так. Придется ехать в этот жуткий ЖЭК еще раз. Хоть плачь. Стоп, а что он имел в виду, говоря – распечатай из базы?
– Из какой базы?
– Из винна.
– Исчерпывающе. – Воскликнула я, но Лукин уже ушел. Я же не умею включать компьютер. Светы на месте нет, а мои коллеги по отделу исчезают также быстро, как и Лукин. В отделе всего семь маклеров, и я не уверена, что все они каждый день появляются в офисе. Я имею все шансы остаться один на один с мерцающим ящиком. Ладно, сначала в ЖЭК, потом база, потом просмотр. Надо его, кстати, назначить. А то потом может не оказаться маклера.
– Алло, вы занимаетесь квартирой на Миклухо-Маклая?
– Да.
– Сможете показать сегодня?
– В восемь вас устроит?
– Да! – ляпнула я. Конечно, еще неизвестно, в какое время может клиентка. Я позвонила ей и выяснила, что со временем я угадала. Изольда Освальдовна жила рядышком и как раз могла именно вечером. Так я первый раз показывала квартиру. Ни черта не понимая, я дула щеки, спрашивала с важным видом:
– А окна у вас выходят на юг?
– А плита электрическая?
– А зимой в квартире тепло? Наш клиент не любит сквозняков (чистый домысел, но Изольде, пожилой, явно хорошо обеспеченной богемной матроне, понравилось).
– А подъезд чистый, а соседи хорошие? А протечек не было? – В общем, Изольда на следующий день сказала Лукину, что хотела бы и дальше все смотреть только вместе со мной. Это было несомненным достижением, но домой я в тот день попала только к одиннадцати, утром на работе я была в десять.
Таким мой рабочий день был практически все время. В те редкие дни, когда я добиралась до дома к семи-восьми, весь вечер я висла на телефоне, дозваниваясь до тех, до кого невозможно дозвониться днем. Еще Лукин научил меня давать рекламу, отвечать по рекламе, сверять документы между собой в поисках опечаток, различать виды договоров, принимать его клиентов и поить их кофе. Так что, перечень моих обязанностей ширился и я пухла от знаний, как губка, залитая пенистым Фейри. Через месяц я могла уже перемыть вдвое больше посуды. Но апофеозом всего стало мое знакомство с компьютером. Лукина страшно бесило, что загружать и распечатывать базу приходится ему, когда у него есть такой исполнительный и покорный стажер, делающий за него уже почти все. Но оказалось, что получить из принтера бумажку со списком квартир легко и просто для тех, кто сразу понимает смысл слов Ворд, горячая перезагрузка и ярлык на рабочем столе. Я же не знала даже, как компьютер включать, поэтому операции с базой шли у меня своим, особым путем. И порой приводили к результатам, не имеющим ничего общего с тем, на который я рассчитывала. Объяснить, что же это я такое сделала, что компьютер умер и не реанимируется даже путем этой самой спасительной сухой перезагрузки – я не могла. Вроде, я старалась давить на мышь ровно там, где надо. Но экран гас, издавая жалобные звуки. Программы отказывались загружаться. Лукин зверел, а я по вечерам упорно продолжала гробить корпоративное имущество, в надежде освоить азы компьютерной грамотности. Я даже купила книжку, обещавшую все рассказать языком, понятным для Чайников, однако прежде чем я начала понимать, о чем там пишут, прошло немало времени. Постижение компьютерной
